«
Медленно покачав головой, я засунула телефон обратно в сумку, бездумно уставившись в окно. Какой бы промозглый ливень ни хлестал в душе, пообещала себе, что непременно справлюсь.
– Дорогая, ты точно не поедешь с нами? Хотя бы на несколько дней – могла бы немного развеяться перед конкурсом! – мама провела ладонью по своей идеальной укладке, бросив беглый взгляд на часы.
– Спасибо за приглашение, но начинаются самые важные репетиции, а я и так пропустила первые недели подготовки. И еще не могу оставить своего пушистого друга, – покосилась на клетку с притихшим кроликом.
– Я понимаю и ни капельки не сомневаюсь в твоей победе. – Она неловко клюнула меня в щеку, тут же проведя по ней кончиком пальца, чтобы избавить от бледно-розового следа помады.
– Хорошо вам отдохнуть! – и мы обнялись на прощание.
Мама и Артур Сергеевич, наконец, собрались в долгожданное путешествие в Эмираты. Сначала планировалось, что я поеду с ними так сказать «для установления родственных отношений», однако внезапно я решила, что не хочу им мешать. Кажется, никто не расстроился.
В последнее время моя жизнь стала понемногу налаживаться, и не последнюю роль здесь сыграла подготовка к конкурсу красоты. Я почувствовала уверенность и жажду победы: поставила цель обыграть Дашу хотя бы на сцене университетского актового зала.
Понимаю – не слишком умно, но иначе я не могла. Хотелось этой маленькой вендеттой поставить жирную точку в нашей с Ярославом печальной истории любви.
Мы с Яром больше не пересекались дома. Сразу после возвращения из Турции он съехал на съемное жилье. Осложняло ситуацию лишь то, что мы продолжали видеться в универе. К счастью, не слишком часто, потому что Туманов начал прогуливать, а мне вместо некоторых пар приходилось посещать репетиции.
Проводив маму и Османова, я вернулась в спальню и, приняв душ, начала готовиться ко сну. Внезапный звук, раздавшийся со стороны балкона, заставил обернуться. За окном уже давно стемнело, на улице накрапывал противный дождь характерный для конца октября.
Потуже затянув полотенце на груди, я накинула халат и, распахнув дверь, медленно высунула голову на улицу.
– Ты?! – выпалила, уставившись в мрачное лицо парня, сидящего в кресле соседней лоджии.
– А ты ждала Деда Мороза? – Яр трескуче рассмеялся, подставляя лицо под ледяные капли дождя.
– Вернись в комнату – простудишься! – выпалила, прежде чем подумать.
– Поздно. У меня ветрянка, так что это ты лучше иди. Я думал, ты уехала с предками, – добавил равнодушно.
– Передумала, как видишь. И, кстати, я болела ветрянкой в детстве.
– А Даша не болела, поэтому я уехал на карантин, но если ты против пребывания со мной под одной крышей, могу свалить в гостиницу. – Ярослав склонил голову, кашлянув в кулак.
Луна осветила его бледное взмокшее лицо, покрытое красными высыпаниями, и я вынуждена была признать – выглядел он не ахти.
– Папа болел ветрянкой: у взрослых она протекает гораздо тяжелее, чем у детей. Лучше вернись в комнату – от переохлаждения будет ещё хуже.
– Может, я хочу, чтобы стало хуже! Так сказать, разом облегчить свои мучения… – хмыкнул, избегая смотреть мне в глаза.
– Ну уж нет. Я пообещала родителям, что форс-мажоров не предвидится. Так что хладный труп на балконе точно не входит в мои планы. Ты измерял температуру?!
– Алис, мне так фигово, что хочется сдохнуть. Оставь меня в покое, пожалуйста. Иди спать.
Туманов демонстративно отвернулся, шумно хватая воздух ноздрями. Даже несмотря на показное безразличие, к сожалению, выглядел он так, будто вот-вот протянет ноги.
Понимая, что продолжать разговор бессмысленно, я покинула лоджию, чтобы разыскать аптечку. Помнится, пару дней назад, стерев пятки в кровь во время дефиле, удалось отыскать пластыри в одном из кухонных навесных шкафов. На этот раз поиски заняли гораздо меньше времени и, вооружившись градусником, я остановилась около двери комнаты Яра.
Забавно, но я ни разу там не была, будто это зона отчуждения или место несбывшихся надежд или… просто спальня парня, по которому я до сих пор схожу с ума.
Тихо постучала, однако ответа не последовало. Тогда я постучала громче, только полудохлый упрямец не спешил меня впускать. Разозлившись, я толкнула дверь плечом, и она поддалась.
– А это уже попахивает вторжением на частную территорию.
Вздрогнула, врезаясь взглядом в его недовольное лицо.
– Градусник… – быстро протянула, не сдвинувшись с места.
На этот раз Яр не стал спорить и засунул электронный термометр под мышку. Он откинул голову, прикрыв глаза.
– Сколько? – еле слышно прошептала после разорвавшего тишину звукового сигнала.
Парень лишь рассмеялся, бросив беглый взгляд на светящийся дисплей прибора.
– Все нормально. Иди.
– И не подумаю! – вырвала термометр, охнув от шока. – Тридцать девять! И это ты считаешь нормальным?! Марш в постель, а я за жаропонижающим…
