Проведя час в свадебном салоне, мы сошлись на утонченном брючном костюме цвета взбитых сливок и, оформив покупку, разместились в небольшой кофейне в том же здании.
– Алиса, ты точно ничего не будешь кроме напитка? – мама посмотрела на меня одним из своих самых проницательных взглядов.
– Точно. Я уже пообедала.
Вранье. Аппетит пропал еще вчера вечером, а утро только подбросило дровишек в костер моего эмоционального выгорания.
– Тогда я закажу тебе эту божественную куриную грудку с собой. Хочешь, и Ярославу возьмем?
Я чуть не поперхнулась кофе, но вовремя прикусила язык. Ну не рассказывать же ей, что если и брать обед с собой, то не для Яра, а для Макса?! Я глубоко вздохнула. Слишком много недомолвок для одной беседы. К сожалению, это обратная сторона отношений, лишённых доверия.
– Дорогая, мне так жаль… – Мама ласково улыбнулась, погладив меня по ладони. – Увы, я не всегда уделяла тебе должное количество внимания…
От таких откровений я опешила, не веря своим ушам. Моя мама эгоистка до мозга костей, и чтобы она признала свою вину, должно было случиться нечто экстраординарное вроде нашествия инопланетян.
– Да, ладно… – бросила я рассеянно.
– Прости меня, Алиса. И давай попробуем начать с новой счастливой страницы наших отношений? Как тебе идея? – она кротко улыбнулась, крепче сжимая мою ладонь.
Поразительно, но даже тон, с которым маман говорила, стал мягче, напоминал яблочную патоку. Она никогда не была такой рядом с отцом.
Словно прочитав мои мысли, мама добавила:
– Мы с Артуром решили завести общего ребёнка и начали активно над этим работать!
– Вау… – ошеломленно выдохнула, ещё больше поражаясь произошедшим переменам.
Однажды я случайно стала свидетельницей их разговора с отцом – он хотел еще детей, а она отказывалась, аргументируя это проблемами со здоровьем… Вот, значит, как.
– Знаешь, дочка, я еще ни разу в жизни не была так счастлива, – пробормотала мама, опустив взгляд.
Я улыбнулась, вдруг отметив, что мы уже сто лет не разговаривали по душам. А может быть, вообще никогда не разговаривали, ведь в детстве рядом со мной всегда находились няни или гувернантки – мама вела светский образ жизни, и в него совсем не вписывалась стирка пеленок.
– Дети – это счастье, – прошептала, ощутив болючий укол в самое сердце.
Она энергично кивнула:
– Кстати, на этой неделе наши с Артуром фотографии украшают сразу несколько обложек популярных СМИ! Журналисты говорят, с новостями про Османова тиражи разлетаются, как горячие пирожки! Еще бы, он столько лет хранил молчание…
– Так Артур Сергеевич действительно решил податься в политику? – поинтересовалась больше для поддержания диалога.
– Да. К счастью, все пока идет просто прекрасно! Артур вкладывает огромные деньги в благотворительную деятельность. Он как Данко с огромным горящим сердцем способен повести за собой толпы людей… – она просияла, допивая смузи из сельдерея.
Я поморщилась от этого сравнения, припомнив, как неблагодарно повели себя люди с Данко.
– …И, Алиса, возвращаясь к теме нашего последнего разговора… – выдержав небольшую паузу, она продолжила: – Артур хочет, чтобы Ярослав возглавил филиал в Лондоне. Он не против, если вы поедете вместе.
Я прокашлялась. Как ни старалась отвлечься, в голове до сих пор стоял звонкий радостный смешок рыжей.
– Давай поговорим об этом в другой раз.
К счастью, маман опаздывала на маникюр, поэтому не стала спорить. Высадив меня около корпуса, она помчалась по делам, в то время как я еще планировала успеть на пару по английскому.
Вдруг тихий вкрадчивый голос за спиной заставил меня буквально прирасти к месту.
Судорожно сглотнув, я обернулась, вздрогнув от того, что это не сон. Марк Клюев собственной персоной стоял в нескольких метрах от меня, прислонившись к черному внедорожнику.
За эти три года мой бывший парень еще сильнее раздался в плечах, превратившись в привлекательного светловолосого мужчину. Только в глазах сквозило все то же пренебрежительное выражение, будто люди для него грязь под ботинками.
– Что ты здесь делаешь?.. – спросила я растерянно.
– Наскучила жизнь в Европе. Поэтому как опытный лев, хозяин прайда, я решил вернуться в свои владения. Прокатимся? – его глаза маслянисто вспыхнули, скользнув по моим ногам в джинсах-дудочках.
На улице было прохладно, но это не шло ни в какое сравнение с тем, какой зубодробильный холод разлился у меня внутри.
Три года назад Марк Клюев запустил безжалостную машину по уничтожению моего счастья. По его вине я потеряла Ярослава, стала изгоем класса, не говоря уже о разладе в отношениях с мамой и потере семейного бизнеса.
– Прокатимся, Алиса?.. – повторил, с каким-то людоедским смаком перекатывая мое имя на языке.
– Что тебе надо? – выдала тихо, но твердо.
Ненависть придавала уверенности. Я как та самая львица готова была в любую секунду наброситься и разорвать этого лживого лицемерного хищника, защищая все, что мне дорого.
