Таня, правда, случайно это сделала. Она даже приходила к нам и извинилась, передо мной. Я даже уговорила бабушку с дедушкой забрать заявления из полиции, да она, конечно, ещё меня крепко поколотила тогда, но она просто с этими экзаменами совсем сама не своя стала. И её мама тоже так сказала, да что уж там, я и сама вся издергалась, пока готовилась, всё учила. А портить жизнь Тани… Я то, как жить потом буду, если из-за меня у неё будет судимость, и она не поступит.
Тома выдала мне постельное бельё и ещё долго, что-то обговаривала с Николаем.
- Ничего себе, какие ароматы! – на кухню, потягиваясь, вошла заспанная Тамара в шёлковом халате.
Я проснулась, как только начало светать. И решила испечь оладьи на завтрак. Как то же нужно отблагодарить Лисиценых, за их доброту. Тем более, я привезла с собою домашнюю сметану и творог.
- Ничего, что я тут похозяйничала? - Тома лишь машет рукой.
- Да брось Алиса, давай свои оладьи, будем пробовать.
Я налила нам чай и решила быстренько спросить, в чём будет заключаться моя работа.
- Сегодня ты будешь помогать Полине Константиновне, она в младшей группе работает! Тебе же Колька говорил, что у нас не простой садик?
- Да! Как я поняла, он где-то за городом.
- Да, но это не совсем садик. У нас там богатенькие детки, чьи родители считают, что просто с нянями дома их чадам скучно, и им необходимо общение. – отпив из бокала чай Тома продолжила. - Это один из олигархов недавно открыл дошкольное учреждение, куда ходят исключительно золотые детки, и ими занимаются целый штат преподавателей. Там куча психологов, дефектологов и прочих умных лиц!
- А я, что буду делать?
- А ты, на подхвате! Что-то вроде нянечки! – Тома, почему-то всё время отводила взгляд, и часто смотрела на часы.
- Хорошо! – может она, переживает, что я не справлюсь? Поэтому так нервничает.
***
У Тамары тоже очень хорошая, дорогая машина! До места мы добираемся меньше чем за час! Я ожидала увидеть, стандартное здание, но на деле, это оказался настоящий дворец из стекла. Высокое светлое здание, с затемнёнными окнами. Очень сильно напоминал сказочный дворец, разве что, в современном стиле.
Тамара, по-прежнему казалась мне излишне напряжённой, и в целом вела она себя немного странно! Почему-то её дружелюбность по отношению ко мне исчезла. Вернее мне почему-то стало казаться, что она старательно пытается со мною быть любезной, причём, наверное, еще вчера, когда я к ним приехала, просто на эмоциях, я не смогла это сразу заметить.
Да ну, нет! – мысленно машу на себя рукой. - Я просто накручиваю себя, вот и всё. Тамара с самого моего детства знает меня. Это, когда я была маленькая, думала, что она меня недолюбливает.
Несмотря на то, что она старше меня почти на двадцать лет, она часто дразнила меня. Называла блаженной пигалицей! Меня это очень обижало, а она только смеялась надо мной. Но уже когда я повзрослела, она стала относиться, ко мне иначе, особенно после того, как я стала помогать их с Николаем родителям.
Тамара, чуть более подробно ввела меня в курс дела, для начала, я должна была немного помочь на кухне, но оказалось, что внезапно заболела одна из, очень нужных нянечек.
- Алиса! Ты же хорошо ладишь со сложными детьми?
- Ну, вроде да, неплохо. Но опять же, от малыша зависит!
- Рынина Зоя Антоновна заболела, а с Евой никто не может справиться, Антоновна, как-то ещё более-менее. Девочка очень забитая, и не идёт ни с кем на контакт.
- Ева одна из воспитанниц, я правильно понимаю?
- Да! Она очень нелюдимая, — зачем-то снова поясняет мне Тома. - И у неё, очень и очень влиятельный папа! Его все в нашем городе знают!
- Он политик?
- Не совсем! Но поверь, если ему нужно будет, он и там всё под себя подкорректирует. Он всегда с лёгкостью добивается того, чего хочет! - не понимаю, зачем мне Тамара всё это говорит? Совсем не важно, кто отец этой девочки, дети все равны и, выделять, кого-то конкретно нельзя.
Ещё, будучи в коридоре, я услышала громкий, я бы даже сказала, истеричный плач ребёнка.
- Ой, Алиса, давай ты сама, а? А то я, не могу слышать этот ор. - Тамара настолько стала раздражённой, что даже не смогла удержать лицо, скривилась, как от чего-то, мерзкого, и гадкого.
Работа нервная конечно! Но вот всё-таки тут, я не могу её оправдать. Я прекрасно понимаю, что не все могут работать с детьми, это уже физиология человека, и если ты не переносишь капризы и плач детей! – Тебе не место в детском саду. И пусть она тут не воспитатель, а заведующая, и мало общается с детьми. Всё равно, в детском учреждении на первом месте, — дети.
Я вхожу в небольшую комнату, где всего четыре шкафчика, на полу в углу сидит и громко плачет черноволосая девочка! - Совсем-совсем ещё крошка. Ей точно не больше двух лет. Над ней, склоняется женщина лет сорока, в бордовой блузке, что застёгнута под самое горло, и в черной юбке карандаш. Она что-то ей бормочет. Вроде как, ласково, пытается уговорить девочку замолчать.