Я рассказываю – сбивчиво. Но подробностей от меня ни мама, ни папа не требуют. И когда я признаюсь, что запуталась и мне жутко стыдно перед ними… что я не невеста Данилу, а он просто не хотел их обидеть перед своим грозным отчимом, папа вдруг говорит – вовсе не холодно, как я могла ожидать.
– Ты ему нравишься – этому залётному птаху, ты это знаешь? Он, конечно, редкий стервец – правильно сказал его отец. За смелостью и словом в карман не лезет, но он не играл, Рита. Я бы заметил. Разве что на моем терпении!
Поздно смущаться и что-то отрицать. И папа, и Даша отлично помнят, что однажды я вернулась домой утром, потому что ночевала у Данила. В сказку, что мы с ним считали звезды, разве что только Женька поверит.
И мне почему-то совсем не хочется очернять Воробышка, когда виновата сама. Это я его придумала в свою жизнь, а не наоборот.
– Да… – признаюсь негромко. – Даня говорил.
– И он тебе тоже нравится? – осторожно вворачивает вопрос Даша. – И, кажется, очень?
Я вздыхаю, после сегодняшнего случая в чужой гостиной и поцелуя, это очевидно. Да и какой девушке может не понравится синеглазый и спортивный парень, с обаятельной улыбкой и уверенным голосом. Достаточно устремленный, чтобы идти к своей цели, и достаточно умный, чтобы добиться своего, даже если это «игра в правду».
– Да, нравится. Но я уверена, что ничего хорошего у нас не выйдет. Даня привык к свободе. Я для него – Золушка из сказки, живущая в комнате с диснеевскими принцессами. Нам лучше больше никогда не видеться.
– Ну, гаденыш, – ругается папа в сердцах. – Выходит, он проверял нас? Когда сказал, что готов переехать?
– Нет, пап! Всё само так вышло!
– А если бы сегодня мы дали согласие на ваше совместное проживание и договорились о свадьбе?
– Но вы бы никогда не согласились!
– Кто знает, дочка… Кто знает! До сих пор я считал, что разбираюсь в людях. Особенно в женихах!
Папа вдруг достает из кармана пиджака свой телефон и набирает номер. Подносит к уху и коротко спрашивает:
– Данил?.. Да, это я – Игоревич. Сумку собрал? А чего ждешь – особого приглашения?.. Давай, вливайся в семью, будущий родственник! Мы уезжаем. Соня, Степан и Женька – на тебе. Будем через три дня. Если с детьми что-то случится – скальп сниму. Всё понял или повторить?.. Рита? А что Рита?.. Не слышу, связь пропала. Отлично Рита, а ты чтоб был через час. Надеюсь, у тебя с обещаниями нет проблем?
Когда папа отключает звонок, я сижу с открытым ртом, приложив ладони к горящим щекам, а Даша изумленно выдыхает:
– Ты с ума сошел, Андрей!
Но папа лишь едко улыбается, словно пират, ступивший после морской качки на крепкий трап. Собравшийся, наконец, расчехлить карманы с золотом.
– Золушка, говоришь? – ловит в зеркале мой растерянный взгляд. – Комната ему не по вкусу с принцессами? Что ж он тогда вокруг тебя круги нарезает, претендуя на территорию, если «само так вышло»? Что ж, устроим этому кандидату в женихи сказочный квест! Посмотрим, чего его норов в реале стоит!
Включив двигатель автомобиля, папа командует:
– Дашуля, пристегнись и не волнуйся! Лучше позвони Степану. Чтобы, как вернемся, был дома. У меня к сыну серьезный мужской разговор!
Даня
– Данил, ты не шутил, что ли? Серьезно собрался ехать жить к Вороновым?
– Как видишь, мам.
Я стою в своей спальне, бросив сумку на кресло, и собираю в нее вещи. Мама пришла сразу же после звонка отца Ромашки, словно чувствовала, что вечер для меня не закончился, и озадаченно наблюдает за происходящим.
Собираться мне не привыкать, я столько раз уезжал из дома на соревнования и в тренировочный лагерь, что делаю это почти машинально, думая о том, что могло измениться за ту четверть часа, в которую Вороновы уехали. Почему вдруг отец Риты решил клюнуть на мое предложение? Я был уверен, что он едва терпит меня рядом с дочерью и ни за что не согласится, так в чем причина такой скорой перемены: решил проверить меня на слабо или впечатлился знакомством с Большим Боссом?
Нет, последнее вряд ли. Андрей Воронов не из тех, кто будет действовать с оглядкой на Романа Градова, иначе не подбил бы Ваньке глаз. За одно только это можно уважать мужика. Да и за то, что стал Ромашке настоящим отцом – тоже. Не думаю, что она придумала свой рассказ.
– Данил, это не очень хорошая идея, – отзывается мама с беспокойством. – И что только пришло тебе в голову – там, во дворе? Девочка у Вороновым хорошая, нам с Романом понравилась, но мне показалось, что твоя смелость ее пугает. Она ведь о другом хотела нам сказать. О чем же?
Я бросаю в сумку носки и джемпер, спортивные штаны, пару футболок, зубную щетку и бритвенный станок – терпеть не могу щетину. Начинаю искать свою подзарядку… Черт, куда я ее сунул?
– Мам, да какая разница? И не пугаю я Риту, не придумывай.
– Большая! Как бы не вышло так, что ты ее обидишь.
Я поднимаю с пола подзарядку, сворачиваю в руках, и кидаю на маму короткий взгляд.
– Ма, я думал, ты обо мне лучшего мнения. Я что, похож на мучителя?
– Даня, ты знаешь, о чем я.
– Если хочешь правду, Рита сама от меня бегает. Не верит, что я могу быть серьезным.
– А ты что же? Сам-то веришь, что можешь?
