- Ты охуела, Ира? Что еще?! – при типичных обстоятельствах я бы вскочил и перехватил ее запястья, но сейчас зажимал пальцами столешницу, как можно плотнее прикрывая пространство под столом. Только бы Светке хватило ума не вылезать.
- Значит, «другая» тут ни при чем? Или ты просто трусливая мразь, Максим?
- Что-о? – мне совершенно не понравилось направление беседы.
- А то! Ты спал с моей дочерью за моей спиной, мразь! И не смей притворяться.
- Ир… - я заткнулся, почувствовав щипок Светки. Что ей сейчас надо?
- Ничего не говори и не смей оправдываться! Мне рассказала соседка… Я даже помыслить не могла. А Лена и Дашка только подтвердили. Ты блядская мразь! И если я увижу тебя рядом с моей дочерью – ты так просто не отвертишься, я упеку тебя за растление!
- Ира, вообще-то твоя дочь совершеннолетняя…
- С ней я разберусь отдельно. И пока она на моем иждивении и я отвечаю за нее – ты даже близко к ней не подойдешь. Понял?
- Я не думаю, что…
- Господи, я чувствую себя использованной, как будто в грязи извалялась. Ты мне отвратителен.
- А Света? От нее тебя тоже тошнит?
Ира пару раз открыла рот, но потом снова переключилась на меня:
- Не лезь в мою семью! Даже близко не вертись. Как я жалею, что позволила тебе близость в первую же встречу.
Я смущенно кашлянул, уже боясь момента, когда выпущу цыпу из-под стола.
- Это было взаимно…
- Что? Ты просто набросился на меня. И если бы я знала, какая ты сволочь, близко не подпустила бы тебя к дочери!
- Я не…
- Лживая мразь! Но к тебе это еще вернется. То как грязно ты использовал меня и Свету. Ты еще заплатишь за это.
- Ира, прекрати нести…
- Но я тебя предупредила. И отца твоего поставила в известность, какой ты подлец.
- Да, брось! Отца? Мне, что, десять лет, чтобы родителям жаловаться?
- Нам больше незачем видеться. И держись от Светы подальше, мразь.
Она ушла, громко хлопнув дверью, а я морально приготовился к следующему раунду…
Я быстро отодвинулся, не решаясь взглянуть на притихшую Свету, поправил штаны, с заметно обмякшим членом, а потом в два шага дошел до двери, вставил Марине и закрыл кабинет.
Да, разворачиваясь, я знал, что окажусь лицом к лицу со своей птицей.
- Я готов.
Дрожащая губа Светы выдавала с головой бушующие в ней чувства, мысленно я перебрал всех предков нашего колена, пока она не произнесла первые слова:
- Что теперь будет?
Это она у меня спрашивает?
- Не знаю… Наверное, тебе придется поговорить со своей мамой.
- Я боюсь.
- Малыш…
- Не зови меня «малыш»! Слышишь? Это её ты звал малыш, а я не она!
Тот самый момент, когда не знаешь, что делать. Я только начал надеяться, что все препятствия преодолены и впереди мы будем счастливы, но вот…
- Почему ты не сказал ей? Она же и так знает.
- Что я должен был сказать?
- Про нас. Что ты меня любишь, что женишься на мне…
- Света, я… Не уверен, что в некоторых вопросах надо спешить.
Она прищурилась.
- В каких вопросах? Насчет женитьбы?
Я кивнул.
- Или насчет любви… Макс, ты хоть меня любишь? Или я временно между мамой и новой цыпой? А?
- Не передергивай! Мы скажем, но когда все утихнет и она успокоится.
- А-а-аа, - протянула цыпа.
- Если мы явимся оба, то подтвердим ее догадки.
- А если я одна – то мне все отрицать?
- Ни соседка, ни тем более подруги ничего не видели и не знают. Подумай? Вы же сами хотели смягчить удар для Иры? Нам лучше не светиться вдвоем.
Она закусила губу и отвернулась к окну.
- Мне придется самой, да? Я же виновата перед ней, поэтому будет справедливо…
- Не говори ерунды! Ты же не собираешься признаваться?
- Собираюсь.
- Нет. Отрицай всё.
- Честнее сказать.
- А не сказать гуманнее.
И снова она смотрела на меня каким-то потерянным взглядом.
- Тогда ничего не изменится, да? Я буду, как и прежде, жить с мамой, периодически сбегать к тебе на свидания и молчать о том, как я счастлива. Потом вернусь в универ, а ты даже не посмеешь приехать и встретить меня после занятий, ведь об этом сразу узнают и донесут маме. Ты никогда не придешь на субботний обед и не останешься на ужин. Не будешь ночевать в моей спальне и не пригласишь меня к себе на выходные. Ведь у меня же мама и она будет беспокоиться! Мы не полетим в Европу и даже к бабушке на дачу не сможем поехать вместе. А знаешь почему, Макс?
Я промолчал, понимая, что ей не нужны мои вопросы.
- Потому что мама права. Ты – трус! Тебе классно быть несвязанным отношениями, иметь удобную любовницу, не посягающую на твою жизнь. Ты и с мамой не расстался бы, если бы мы вдруг не оказались в твоей квартире, где стало сразу тесно и не уютно.
- Пытаешься перевернуть ситуацию, где главный злодей я? А тебе не кажется, что вся эта херня происходит из-за твоей собственной незрелости? Что тебя напрягают отношения со взрослым мужчиной и ты просто не готова выйти из-под мамкиного крыла?
- Я могла бы переехать к тебе.
- Вот как. Из одного гнезда в другое? От мамкиной зависимости в мою? И после этого ты будешь говорить, что взрослая? Самостоятельная?
- Ты не готов признать наши отношения?
- Сейчас нет, не готов.
Она покачнулась и отступила на шаг.
- Понятно, - грустно усмехнулась она.
