– Сегодня столько звезд! Как осколки… – с восторгом начала я.
Мне казалось, что водитель разделит со мной эту радость. Но мужчина укоризненно покачал головой.
– Прикройте, пожалуйста, окно… – перебил он меня. А затем, прибавив громкость на магнитоле, выдал: – Слышали эту песенку у Артура Пирожкова? Такая прикольная, не могу!
Я тяжело вздохнула и начала сердито крутить ручку, чтобы поднять стекло.
– Эй-эй, девушка, осторожнее! Здесь все такое хрупкое, – проворчал таксист, вновь взглянув на меня в зеркало. Захотелось показать ему в ответ язык, но я сдержалась. А сердце мое не хрупкое? Оно едва не разбилось, когда таксист попытался сбить мой романтический настрой своим «прикольным Пирожковым». Но как бы не так! Я постаралась абстрагироваться от громкого «Юмора FM» и, откинувшись на спинку, продолжала внимательно разглядывать через окно звездное небо.
Дома меня встретила мама.
– Ты чего не спишь? – зашипела я, разуваясь в темноте. Написала ведь, что задержусь у Ксени и Петя меня обязательно проводит. Меньше знаешь – крепче спишь. Но это, видимо, не про мою маму.
– С тобой уснешь, гулена! – вздохнула она в глубине коридора.
– Мы там у Ксени… – Проходя мимо тумбы с маминым парфюмом, я нечаянно задела рукой флаконы. Раздалось громкое звяканье.
– Аленушка! – шепотом воскликнула мама.
– Расставят тут духи… – пробубнила я. – Как в магазине! На чем я остановилась?
– На том, что вы у Ксени…
– Ага! – А что дальше-то говорить? Хотелось поскорее проникнуть в свою комнату и прикрыть дверь.
– Ален?
Я остановилась и уставилась на мамин темный силуэт.
– Что? – громким шепотом отозвалась я.
– Ну, мальчик-то хоть достойный?
Черт, хорошо, что в коридоре темно. Кажется, я покраснела.
– Достойный, – ответила я. – Он очень-очень хороший, мам! В этот раз все будет по-другому…
– Спокойной ночи! – Кажется, мама улыбнулась.
В комнате было свежо. Оставив сумку с учебниками в кресле, я отправилась в ванную. Умывшись и переодевшись, все так же в темноте вернулась к себе и улеглась на кровать. Прохладная простыня и пуховое одеяло. Я ведь говорила Диме, что оставить в теплую майскую ночь окно распахнутым – настоящее счастье?
Все воскресенье я уделила подготовке к зачету. Обложилась со всех сторон книгами, конспектами, карточками с именами многочисленных персонажей… Когда у меня в голове начали путаться герои и сюжетные линии, зазвонил телефон.
– Да, Ксень? – вздохнула я. Подруге хорошо, у них с Петей автомат по предмету. А я, по мнению преподавателя, слишком часто отвлекаюсь на семинарах…
– Горошкина! Выручай! – прокричала в трубку Царева.
– Что случилось? – испугалась я.
– Настя возвращается!
– Когда? – всполошилась теперь и я. Ведь Ксеня говорила, что ее сестра уехала до середины июня…
– Завтра днем! Какие-то там у нее дела срочные образовались в городе! Деловая колбаса, е-мое! – проворчала подруга. – Короче, Ален, собирай все шмотки и тащись сюда, я уже у Насти! Порядок навожу…
– Бегу!
Я с радостью отложила в сторону надоевшие учебники. Вытащила из шкафа увесистый пакет с вещами, которые одалживала у Насти Царевой.
– Куда это ты? – обратился ко мне отец, заметив, как я собираю у зеркала волосы в короткий хвост.
– Ксене надо кое-что передать!
– Ну-ну! – усмехнулся папа.
Хм, это что за смешки такие?
– Бабочки несут навстречу приключениям? – решил уточнить родитель.
– Хватит с меня приключений. Надеюсь, теперь обойдусь без них.
Я шла по зеленому Настиному двору и вдруг увидела, как со стороны соседнего дома вышагивает Ярослав Елизаров. Ах ты, шпала упырчатая!.. Я искренне надеялась, что он меня не заметит. И вообще, что он тут забыл? Я прибавила шаг – авось удастся проскочить в подъезд незамеченной. Однако парень тоже зашагал быстрее. Причем мне навстречу. Черт! Ему что-то нужно от меня? Если передать «пару ласковых» Царевой, то здесь я пас, она – моя подруга. Пытаясь не встречаться с ним взглядом, я на всех парах летела к подъезду. Елизаров не отставал. Мы словно два состава на железнодорожных путях неминуемо приближались к столкновению. Бабах!
Мне все-таки удалось первой прийти к цели. Я уже взбежала по ступенькам, когда Елизаров крикнул:
– Грохольская!
Я тут же притормозила. Интересно, это Светка ему рассказала о моей «подпольной кличке»? Обернулась. Ярослав уже подошел и внимательно смотрел на меня.
– Верно я тебя назвал? – спросил он, улыбнувшись.
– Горошкина! – поправила я его. – Моя фамилия Горошкина.
– Вот как, – кивнул парень.
Елизаров не уходил и молча продолжал дырявить меня глазами. Было неуютно. Я без макияжа, в своих любимых кедах, старых джинсах и простой майке. Наверняка он привык к другим девчонкам. Почему-то вспомнив Тому, я чуть зубами от злости не скрипнула. Эта фифа не выходила у меня из головы.
В этот момент дверь подъезда с грохотом распахнулась, и оттуда выбежал тот самый рыжий мальчишка, который в прошлый раз опаздывал в школу.
– Привет! – почему-то поздоровался он со мной. Видимо, я так часто бываю в этом доме в последнее время, что успела намозолить глаза всем жильцам.
– Привет, – растерянно пробормотала я.
