— Меня? Что-то ты зачастил со мной уединяться. Это раз. Я тебе физическое удовольствие не окажу, тут уж извините, как-то не входило в мои планы. Это два. Возбуждающей красотой я тоже не блещу. Нет на мне ни стрингов, ни кружевного лифчика. У меня вообще всё скрыто, и любоваться нечем. Это три.
— А я не тобой собираюсь любоваться, а рекой. Внимание, помнишь, мы говорили про внимание? Просто погуляем по мосту. Дождёмся наступления моего дня рождения и свалим. Верну тебя друзьям, а сам уеду домой, чтоб больше не мозолить глаза и не портить своим присутствием твой личный праздник.
— А вдруг, ты меня с этого моста скинешь?
— Ну началось… В случае чего, Дина будет знать, с кем ты уехала, и по какому адресу меня надо искать, пока твоё тело колышется на волнах. Но эта информация никому не пригодится, так как скидывать тебя с моста я не собираюсь. Я лучше на тебя живую посмотрю.
— Зачем?
— Вот ты говоришь, что у тебя всё скрыто. И что на тебе нет ни стрингов, ни кружевного лифчика. И после таких заявлений в мой мозг поступают нервные импульсы, заставляющие его задаваться вопросом: «А, может, ты под слоями свой одежды совсем без белья?».
— Может, но ты этого никогда не узнаешь.
— Вот в этом весь сок девушек с таким стилем одежды. Загадка, будоражащая воображение.
— Стелишь ты, конечно, Сокович… Ой, можно я всё-таки тебя по имени буду называть? С твоей фамилией пока никак не удаётся наладить положительную коммуникацию.
Смотрю на Артёма, он там что-то уже в телефоне строчит:
— Вот, у мамы Дины мы тебя отпросили. Она дала добро. Час у нас с тобой есть. Тем более, там никто не скучает, самые смелые и отважные уже в речку сигают. А мы, как трезвенники-язвенники, явно не оценим их эйфории.
— Пошли уже на твой мост, — нехотя соглашаюсь, мысленно настраиваясь на волну «Похер FM».
Подходим к машине. Меня галантно приглашают на переднее пассажирское. Усаживаюсь. Удобненько. Но есть одно «но».
— Дико извиняюсь, либо тебе пора менять освежитель в машине, либо у тебя такой своеобразный вкус на парфюм, либо… здесь сидела женщина лет за сорок.
Чувствуется, что аромат дорогой, но уж очень едкий.
— А ты проницательная. Только она не сидела, а лежала. Люблю, знаешь, женщин постарше.
Я зачем-то в красках начинаю всё это представлять. Артём улавливает мою эмоцию:
— А что? Они опытные. Щедрые на подарки.
— То-то и вижу, каким местом ты на свою машину заработал. Уж явно не фотографией. Фу, бяка, выпускай меня из своей грязной тачки, — дёргаю за ручку. Не получается. Когда уже успел заблокировать двери?
— Лиль, я пошутил. Я всего-навсего отвозил маму Тимура к подругам. На их женские посиделки в тесном элитном кругу. Это её духами провонял весь салон. И с Элей, так зовут маму Тимура, у меня ничего не было.
— И зачем ты передо мной оправдываешься?
— Просто хочу, чтобы ты не думала, что я самый плохой мальчик на всём белом свете. С отсутствием каких-либо моральных принципов.
— То есть отношения или разовая интрижка с дамой гораздо старше — это не про тебя?
— Да, не про меня. Но, ты знаешь, жизнь очень интересная штука. И если говорить о личном, то здесь я стараюсь не загадывать и не планировать. Ведь отношения начинают вырисовываться почему-то именно тогда, когда ты гордо заявляешь, что они тебе не нужны, — Артём в этот момент заводит тачку, чуть сдаёт назад и одной рукой плавно выруливает на песчаную дорогу.
До площадки перед мостом, где паркуем машину, едем в полной тишине.
— Знаешь, что меня сейчас раздражает? — выхожу из салона. Замечаю захватывающую дух картину: огни вечернего города с одной стороны, и солнце, светящее над рекой и уходящее в пылающий закат, с другой.
— Что же? — Артём подходит сзади.
— Я. Я раздражаю сама себя.
— Почему?
Оборачиваюсь.
— Я ж тебе не доверяю до конца. А прусь с тобой на этот чёртов мост.
— Ты думаешь, я что-то тебе сделаю?
— Да откуда ж мне знать? Чесать по ушам вы умеете, будь здоров.
— Кто это «вы»?
— Парни.
— Зачем же всех под одну гребёнку? Вот скажи, что ты думаешь непосредственно обо мне?
— Ты тоже меня раздражаешь.
— Чем? — лицо серьёзное, но глаза улыбаются.
— То, что я скажу, скорее всего, не будет для тебя неожиданностью, тем не менее… Ты в хорошей физической форме. Да и в целом привлекательный. Самоуверенный. В меру. Весь такой завидный жених с квартирой и машиной.
— Да, Америку ты мне не открыла.
— Только таких как ты, в плане отношений, возводят на пьедестал, наделяют какими-то сверхкачествами, а потом разочаровываются. Вот поэтому я тебе и не доверяю.
— Это твоё мнение. И ты имеешь на него полное право. Вот только позволь как-то развеять твои сомнения. Не потому, что я хочу произвести впечатление. Просто мне слегка обидно, что у тебя такое представление сложилось обо мне.
— А тебе не всё равно на моё представление?
— Было бы всё равно, будь это правдой. Может, я не так прост, как кажется на первый взгляд? И за моей внешностью и физической формой скрывается что-то, что и у тебя за широченной одеждой.
— Тело?
