А вот и последний штрих в нашем с ней образе.
Маска была довольно простая, не вычурная, без каких-либо рюшей и кружев. На половину черная, а наполовину фиолетовая. Матовая. У Розы была точно такая же.
Мы синхронно надели их.
Теперь в зеркале отражалась идеальная пара. Мужчина и девушка в одном образе. Я бы никогда не подумал, что когда-нибудь могу также стоять и любоваться нашим с женой отражением.
— Ты прекрасна, — не смог не сказать я. — Моя жена — самая красивая во всем мире. Хотя нет… во всех мирах.
Она улыбнулась мне, от чего в груди разлилось тепло. Ее рука накрыла мой локоть, нежно поглаживая.
— А ты — мой самый любимый муж. И единственный.
И поцеловала меня. Нежно, вкладывая всю ту любовь, что она испытывала ко мне. И я ответил ей тем же. Наш поцелуй был таким нежным и милым, что слезы навернулись мне на глаза. Я не смог сдержать их, представляя, как щеки станут мокрыми через секунду. Но Роза сумела поймать первую слезу, слизнула и снова поцеловала меня, но уже сильнее, сжав мои волосы на затылке, обхватывая мою шею другой рукой, портя прическу и притягивая ближе к себе.
Огненная волна возбуждения прошлась по всему телу. Мой член тут же встал, врезаясь в ширинку брюк. Я застонал от легкой боли.
— Тише-тише, — прошептала Роза. — Успокаивайся. Нам уже надо выходить.
Я закрыл глаза, беря свое тело под контроль. Возбуждение никуда не ушло, но немного притупилось.
— Пойдем, моя Госпожа, — протянул я Розе руку, немного наклоняясь, как меня учили на уроках этикета и танцев.
Она приняла ее, обворожительно улыбаясь. А в ее глазах промелькнула искра удовлетворения. Ей нравилось, когда я так ее называю. У меня же от этого обращения внутри все сжималось в сладком предвкушении. Поскорей бы бал-маскарад уже закончился, хочу оказаться с ней один на один в ее спальне.
Мы вместе вошли в созданный портал, оказываясь перед огромными дверьми в бальный зал Академии Магии Рас и Народов. Надеюсь, что за моей маской нас никто не узнает. Не хочу, чтобы друзья узнали мой маленький секрет. Ведь не узнать в моей спутнице дроу просто невозможно. Розалинду Тенебрис-Сомниум в Академии знали все. Да, и она не пыталась скрыться, Совет Академии обязал ее присутствовать на балу и следить за студентами. И ее отсутствие принесут жене много проблем.
Остается только молиться, чтобы никто не узнал под маской меня.
Двери перед нами распахнулись, и мы вошли в огромный зал, где было очень много людей в масках и нарядных костюмах. От обилия ярких цветов в глазах рябило, девушки старались перещеголять друг друга в вычурности своих платьев.
На нашу пару обернулись все присутствующие. Но лишь взглянув, вернулись к своим делам.
Думаю, что бал-маскарад будет незабываем для меня мероприятием.
Так и было, и я даже предположить не мог, что на этом балу моя жизнь повернётся на сто восемьдесят градусов и станет еще лучше и счастливее. Хоть и произойдет одна ужасная вещь.
***
Мы в очередной раз кружились в середине бального зала Академии. Вела, как всегда, Роза. Я не был силен в танцах и много раз промахивался, делал много ошибок, чуть не оторвал подол ее платья, нечаянно наступив на него. На парах танцевал я средненько, но здесь забыл абсолютно все то, чем меня учили. Из головы вылетели все движения. Первые несколько секунд, как только началась музыка, я замер и ошеломленно посмотрел на жену, которая сдержанно улыбалась, а в ее глазах плясали смешинки. Мне было немного стыдно, когда она подхватила меня, и мы закружились по залу.
Сейчас после нескольких танцев я уже приноровился и активно переставлял ноги, но иногда все-равно наступал на платье жены.
— Прости, Роза, — в который раз извинился я, — Я научусь танцевать, обещаю.
— Не волнуйся, лично проконтролирую твои умения, буду твоим учителем, — ответила она мне. — И запомни, я буду жестким учителем. Мои наказания за твои ошибки, будут страшными, — ее голос обещал мне веселые деньки обучения.
Я сглотнул, с легким испугом смотря ей в глаза. Она же легко улыбалась мне, а вот ее глаза обещали мне многое, особенно на сегодняшнюю ночь. Она явно что-то задумала. Я чувствовал это каждой клеточкой моего тела. Член сильнее напрягся в брюках, упираясь в ширинку, принося легкую, но приятную боль. Я сильнее прижался в Розе чтобы другие не заметили мое состояние.
— Мой, милый и нетерпеливый котенок. Потерпи до полуночи. Я обязана, как преподаватель, побыть здесь до этого времени, а потом начнется наша с тобой ночь, — прошептала она мне на ушко, от чего по телу пробежали мурашки. — И она будет бесконечно долгая.
