— Это что такое творится? Стоило на мгновение отвернуться, как загребущие руки слуг потянулись к твоим вещам! Я собирался уже приложить этого вашего Дария магией, чтобы неповадно было трогать личные вещи ведьмы, но… — договорить ворон не успел. Увидел моё лицо, щедро покрытое целебной мазью Береники, и закаркал с новой силой: — Что же ты бедовая такая? Кто посмел тронуть? Этот?! Сейчас я ему лишние глаза повыколупываю!
Корб со злостью зыркнул в сторону Ренара. Воинственно настроенный фамильяр не собирался отступать и действительно готов был претворить свою угрозу в жизнь.
— Перестань, — осадила я не в меру разбушевавшегося ворона. — Лучше помоги. Нам давно пора уезжать.
Корб тяжело вздохнул и подлетел ко мне. Что следовало делать фамильяр знал хорошо и без инструкции. Чем больше влить силы в целебные мази и зелья, тем быстрее те начнут работать.
Взмахнув крыльями, Корб засветился бирюзовыми сполохами, которые рождались в глазах мудрой птицы и расползались невесомым туманом по перьям, оплетая фамильяра целиком.
Я ощутила прикосновение родственной магии. Облегчение наступило моментально. Отголоски зудящей боли прошли, в голове прояснилось и даже нога, которая ненавязчиво напоминала о том, что стопа была тоже ушиблена, перестала болеть. Я снова почувствовала себя здоровой и была очень этому рада.
Никто не любит болеть, тем более ведьмы. Мы по натуре своей вообще не склонны к болезням, а потому в те редкие моменты, когда случаются недомогания, чувствуем себя слишком уязвимыми.
К счастью, никто не стал чрезмерно опекать меня, потому что даже высоким лордам к королю опаздывать нельзя.
Садясь в экипаж, я с тревогой думала о том, что будет ждать меня в столице. Впервые в жизни мне было по-настоящему страшно.
Не говори «люблю», если не готов отдать
свою жизнь за этого человека.
(Советы старой ведьмы).
Мы прибыли ко двору глубоким вечером, когда на столицу опустились густые сумерки. Я успела задремать под звонкое цоканье копыт по мощёной улице, но стоило экипажу остановиться, как я моментально распахнула глаза.
— Как, уже? — жалобно спросила я у Ренара, внимательно изучавшего моё лицо. — Сильно заметно?
— Уже гораздо лучше. Если повезёт, в полумраке никто не заметит, — усмехнулся высокий лорд и ловко выскочил из экипажа, а после подал мне руку, игнорируя королевского слугу, моментально оказавшегося возле нас.
— Благодарю, — кивнула я и приняла помощь ренара. К сожалению, нога всё ещё болела и я уже предчувствовала долгий вечер лечебных процедур. Как бы на пол ночи не затянулось моё «выздоровление» перед свадьбой.
Свадьба. Снова вспомнив о том, что привело нас в столицу, я тяжело сглотнула и зажмурилась. «Это происходит не со мной. Это просто театральная постановка. Причём далеко не самая хорошая,» — думала я, пока Ренар вёл меня к широкой мраморной лестнице.
Наш приезд не сопровождался шумихой. И это было мне на руку. Но, учитывая внимание света к моему будущему мужу (боги, даже мысленно называть так Ренара было слишком неестественно), я сильно рисковала, расхаживая по дворцу с фингалом на лице.
Корб вёл себя непривычно тихо. Бесшумно следуя за мной, он опустился на плечо Ренара и наклонил голову. Лорд, к слову, отнёсся к неожиданному весу на своём плече с удивительным спокойствием.
— Полагаю, мне придётся сделать вид, что меня с тобою нет? — спросил ворон, игнорируя своего «носильщика».
— Сожалею, но до церемонии тебе лучше не маячить перед глазами слуг и придворных, — вздохнула я и протянула руку, чтобы погладить птицу по чёрным перьям. Но моя рука была наглым образом перехвачена на полпути. Горячие губы ренара коснулись тыльной стороны ладони.
— М? — послала я мужчине говорящий взгляд. Очень говорящий. А лорд лишь хмыкнул.
— Играем, милая. Играем. Даже если это представление для одной зазевавшейся горничной.
Едва заметно кивнув в сторону служанки, безуспешно пытавшейся спрятаться в тёмном алькове, Ренар приобнял меня за талию и неспешно повёл в одному ему ведомую сторону.
— Надеюсь, нам выделят другие покои, — проворчала я, испытывая неприятное дежавю от прогулок по королевскому дворцу. — Не те, что ты осквернил присутствием леди Шолл.
— Когда ты злишься, твои глаза сверкают ярче алмазов, — ответил Ренар и широко улыбнулся. — Не переживай, нам выделили одни из самых лучших гостевых покоев. Всё же мы завтра женимся по протекции короля. Минута славы, так сказать.
— Поверь, я с радостью обошлась бы без этой сомнительной радости, — ответила я.
— Вот, теперь я уверена, что завтра ты будешь блистать, — удовлетворённо кивнула Береника, убирая в шкатулку последние мази.
