Я нахмурилась, но потом рассмеялась вместе с ней. Вообще-то, подражание Пикассо не входило в мои планы, но, в конце концов, искусство всегда субъективно. То, что для одних – мазня, для других – Моне. Так что, возможно, и у меня есть какие-то перспективы. Впрочем, посмотрев на рисунок Дженни, я отказалась от этой мысли. Пожалуй, из всех нас только она действительно имела талант к искусству. Она уже давно миновала стадию фруктовых натюрмортов и теперь рисовала людей. И то, что она сотворила одним лишь карандашом, поразило меня.
Дженни очень похоже изобразила рок-группу на сцене – нашу группу. Гриффин и Мэтт играли на гитарах, Эван сиял от счастья, сидя за ударной установкой, а Келлан пел в микрофон. Дженни даже умудрилась уловить чертовски соблазнительную улыбку, игравшую на губах Келлана всякий раз, когда он выступал. Это было поразительно и заставило меня немного устыдиться.
Вздохнув, я показала на ее рисунок:
– Это изумительно, Дженни! Ты мастер!
Дженни расцвела улыбкой и посмотрела на свою работу:
– Спасибо. – Стирая ластиком какую-то неверную линию на гитаре Мэтта, она оглянулась на меня: – Я подумала, может, Пит захочет повесить это в баре, когда я закончу? – Дженни пожала плечами. – Ну, знаешь, в знак уважения к своим парням.
Она хихикнула, а я согласно кивнула.
– Хорошая идея. – Рассматривая безупречную тень под подбородком Келлана, подчеркивавшую мужественность его лица, я покачала головой. – Думаю, им всем понравится.
Дженни кивнула, продолжая работать, а я, подумав о бас-гитаристе, к фигуре которого перешел ее карандаш, негромко фыркнула:
– Тебе, пожалуй, следовало бы пририсовать Гриффину маяк-мигалку в одном интересном месте.
– Точно! – расхохоталась Дженни. Слегка сдвинув светлые брови, она чуть повернула голову ко мне. – Слушай, а что происходит между ним и твоей сестрой? Они вместе или нет?
Отворачиваясь к своим злосчастным фруктам, я пожала плечами:
– Понятия не имею. Вообще, они ведут себя так, словно не имеют ничего общего. Во всяком случае, они не привязаны только друг к другу. – Бросив взгляд на Дженни, я добавила: – Но они встречаются по крайней мере несколько раз в месяц.
Дженни кивнула, и ее светлые волосы, лежавшие на плечах, колыхнулись.
– Я знаю. Гриффин рассказывает об этих встречах. – Она повела плечом. – Я как-то спросила, что у них за отношения, и он сказал… – Прикусив губу, Дженни замолчала, не договорив.
Не слишком уверенная в том, хочу ли я знать, что именно говорил Гриффин о моей сестре, я все же спросила:
– Сказал что?
Дженни мягко вздохнула и огляделась по сторонам. Я восприняла это как дурной знак. Убедившись, что никто ее не услышит, она наклонилась ко мне:
– Он называет ее своим секс-дружком. – Дженни скривила губы и закатила глаза.
Мои щеки мгновенно вспыхнули, и я только и сумела, что негодующе фыркнуть. Видя выражение моего лица, Дженни покачала головой и вернулась к рисунку, чтобы закончить фигуру этого отвратительного типа.
– Ну да, я понимаю… – негромко сказала она, постукивая карандашом по изображению Гриффина. – Он не человек, а просто секс-машина.
Стерев какую-то линию на поясе Гриффина, Дженни хитро усмехнулась:
– Может, мне его кастрировать?
Я расхохоталась, и все ученики в комнате тут же оглянулись и посмотрели на меня. Покраснев еще сильнее, я закрыла лицо руками, давясь смехом. Вот если бы Гриффина действительно можно было так просто усмирить!
У нас с Келланом был свободный вечер, так что после занятия я отправилась к нему. По дороге я вдруг подумала о том, как на самом деле редко нам одновременно выпадают свободные вечера: хотя Келлан и старался добиться этого, такое случалось нечасто. Возможно даже, он специально попросил Мэтта дать ему сегодня выходной, зная, что перед началом занятий я превратилась в сплошной комок нервов. Если это действительно так, я бы не удивилась.
Дженни и Кейт высадили меня у дома Келлана и помахали на прощание. Побитая «хонда» Денни по-прежнему была в моем распоряжении, но ее постоянно захватывала Анна. Конечно, она всегда спрашивала разрешения, но я, честно говоря, только радовалась, что сестра берет машину так часто. Теперь она уже скорее принадлежала ей, чем моему бывшему парню. Кроме того, я отвратительно справлялась с переключением скоростей.
Когда я приехала, Келлана не было дома, а входная дверь оказалась заперта. Но машина стояла на подъездной дорожке, так что, наверное, он воспользовался хорошей погодой, чтобы пробежаться. Достав из сумки связку ключей, я выбрала нужный. Он появился у меня недавно. «Это следующий шаг», – сказал Келлан. Я вошла в дом, и меня окатило прохладой пустой прихожей. Я с облегчением опустила на пол тяжелую сумку. Понимая, что, скорее всего, останусь здесь на ночь, я взяла с собой все, что должно было мне понадобиться на следующий день: смену одежды, книги, тетради, карандаши и ручки.
