Больше мы ничего не сказали. Я снова опустила голову ему на грудь и обнимала Келлана еще, пожалуй, около часа. Он тоже крепко обхватил меня руками, время от времени целуя мои волосы. Это был один из самых мирных и тихих моментов в нашей жизни, и я знала, что какая-то часть меня навсегда запомнит это утро и припрячет воспоминание о нем на тот случай, когда меня охватит невыносимая тоска.
Промчалась, кажется, целая вечность блаженства, и пришло время собираться на занятия. Я неохотно отодвинулась от Келлана, но он тоже встал и побрел за мной в ванную с игривой улыбкой на губах. Глядя на то, как струи теплой воды стекают по его мускулистому телу, я позволяла Келлану ласкать меня, а он водил по моей коже мыльной губкой, согревая вниманием, но сдерживаясь, чтобы не дать нашей близости перерасти в секс. Он просто купал меня, а я купала его. И это тоже успокаивало.
Потом Келлан завернулся в полотенце и отправился варить кофе. Я улыбнулась при виде того, как мягкий пушистый хлопок обхватил его ягодицы, и поспешила одеться, чтобы присоединиться к нему на кухне.
Натянув джинсы и пару футболок одна на другую, я открыла дверь спальни как раз в тот момент, когда из своей комнаты вышла моя сестра. Сонно моргая, хотя на часах было уже больше одиннадцати, она почесала растрепанную голову.
– Эй, сестренка, ты в колледж собираешься?
Кивнув, я понадеялась, что сестра не отправится прямо сейчас на кухню, поскольку Келлан находился там в одном полотенце, и шагнула вперед:
– Да, скоро пора идти. Келлан меня отвезет, так что можешь сегодня взять машину.
Анна кивнула, зевая. Моя машина почти всегда была в ее распоряжении, так что ничего нового я ей не сказала. Сестра потянулась, и футболка, в которой она спала, высоко поднялась, приоткрыв крошечные трусики. Анна кивнула в сторону кухни:
– Он там, да? Сегодня вечером будет концерт?
Слыша, как Келлан что-то напевает в кухне, я постаралась загородить его от взгляда сестры. Может, ей и было наплевать, что я видела ее приятеля во всем его великолепии, но мне совсем не хотелось, чтобы она любовалась на полуголого Келлана.
– Да, кофе готовит. – Когда Анна улыбнулась и сделала шаг в мою сторону, я схватила ее за плечи и, окинув взглядом ее едва одетое тело, вскинула брови. – Ты не против того, чтобы натянуть побольше одежды, прежде чем вытанцовывать в кухне?
Снова зевая и прикрывая рот ладонью, Анна тряхнула головой:
– Да ему же все равно, Кира! Я для него вроде сестры.
– Пожалуйста! – упрямо произнесла я, вздохнув при виде ее невероятной и сексуальной красоты.
Наверное, Анна поняла выражение моего лица, когда я с завистью смотрела на ее формы, и потому наконец согласилась:
– Ладно, оденусь.
Когда она вернулась в спальню, я пулей бросилась в свою комнату и схватила вещи Келлана. Прижимая их к груди, я помчалась по коротенькому коридору в кухню. Келлан стоял у стойки, и его великолепная грудь была открыта всему миру. Любуясь им, я на мгновение застыла.
Волосы Келлана были мокрыми и спутанными, и вода стекала с них ему на плечи. Одна капля соскользнула на ключицу, а затем продолжила свой путь к аккуратным буквам моего имени над его сердцем. Оттуда игривый шарик воды пополз дальше по ребрам к животу и наконец впитался в полотенце, охватившее бедра Келлана. Это была самая счастливая капля воды в мире.
– Кира?..
Голос Келлана проник в мое сознание, и мой взгляд вернулся к его веселому и удивленному лицу. Келлан вскинул брови:
– Увидела что-то такое, что тебе понравилось?
Покраснев, я бросила ему одежду. Келлан чуть отшатнулся от неожиданности, но все же поймал вещи.
– Анна встала и вот-вот придет сюда. Не мог бы ты одеться, пожалуйста?
Последние слова я произнесла горестно, потому что мне хотелось видеть тело Келлана. Он положил вещи на стойку и смотрел, как я разглядываю его. Я прикусила губу, когда очередная капля поползла с его плеча вниз.
– Ты уверена? – насмешливо спросил Келлан.
Вздохнув, я быстро оглянулась на дверь комнаты Анны. К счастью, она была еще закрыта.
– Да, уверена.
Когда я снова посмотрела на Келлана, он пожал плечами, снял с себя полотенце и позволил мягкой пушистой ткани упасть на пол прямо посреди кухни. Мои глаза расширились от вида абсолютно голого Келлана. Ему незачем было украшать свое мужское достоинство всякой ерундой, как это делал Гриффин. Оно было безупречно в своем естественном состоянии. Заливаясь краской, я смотрела, как Келлан качает головой, глядя на меня, и очень медленно вытягивает из кучи одежды трусы. Мне хотелось рявкнуть на него, чтобы он поспешил, но в то же время я отчаянно желала, чтобы он двигался еще медленнее. И тут же, улыбнувшись, я подумала, что и это мгновение буду постоянно вспоминать во время разлуки.
Когда Келлан полностью оделся, я грустно вздохнула и подошла к нему, чтобы обнять за шею.
– Как же я буду по тебе скучать! – пробормотала я, прижимаясь лбом к его груди.
– Я тоже буду очень скучать, – сказал Келлан, обхватив меня за талию.
Мы нежно целовались, когда в кухню вошла моя сестра.
– Черт побери, он что, был в одном полотенце?
