Олег смутно запомнил последующие часы. Вскоре после начала спуска, он оступился на мокрых камнях и вывихнул ногу. В памяти сохранилось только испуганное лицо Сеньки, сильные руки, практически тащившие его на себе, противная дрожь от холода, и боль в щиколотке, усиливавшаяся с каждой минутой…
В себя он пришел уже в лагере, лежа на больничной койке. Сенька сидел рядом. Он улыбнулся так же широко, как и всегда, и, если бы не его осунувшееся лицо и круги под глазами, можно было бы подумать, что ночная прогулка была сном.
Позднее, когда Олег пытался подобрать слова благодарности, друг каждый раз отмахивался и повторял:
— Ты бы сделал то же самое.
«Ты бы сделал то же самое». Эти слова продолжали звучать в памяти Олега, несмотря на прошедшее время.
Интересно, как поступил бы Сенька, оказавшись сейчас на его месте? Наверняка отнесся бы к появлению в Атлантиде, как к очередному приключению.
Он не стал бы убегать и искать оправданий. Он остался бы до конца.
Шанди представить себе не мог, что за свою, такую короткую по меркам атлантов, жизнь, увидит вторую церемонию Обручения, на которой снова будет только свидетелем. Его роль в древнем ритуале заключалась в произнесении заключительной фразы, и в принесении клятвы верности новому правителю.
В отличие от других Серебряных, у него с рождения не было ни капли силы, и Шанди постоянно чувствовал себя ущербным. Рожденный вне брака ребенок первого Ло, не унаследовал ни красоты отца, ни его ума и природного обаяния. Если бы не его сводная сестра, ставшая Обрученной, Шанди не задержался бы при Храме и даже в Атлантисе.
Однако судьба оказалась милостива к нему, хотя сам Шанди не переставал на неё роптать. Благодаря Лейле, он стал одним из Серебряных и занял место в Совете. Впрочем, особой гордости он не испытывал. Лейла выбрала настолько странных людей, что оставалось только удивляться. Несмотря на силу, данную ей шаром, ума у сестрицы так и не прибавилось!
Небесная Мать, какой правитель доверит власть неугомонным близнецам, которым не то, что за пятьдесят, даже за двадцать не перевалило! Или заставит принимать решения государственной важности старика, которого, кроме звезд и древних свитков, ничего не волнует?! А что сказать о грубом воине, позволявшем себе появляться на торжествах в походной одежде?
«У Лейлы было слишком доброе сердце», — думал Шанди, окидывая небрежным взглядом собравшихся атлантов. Нет, он никогда не чувствовал благодарности за то, что до него снизошли, назначив на должность главного казначея Атлантиса.
Во — первых, его страстью была наука, и нудные обязанности счетовода его тяготили. Во — вторых, Шанди мечтал оказаться поближе к шару, чтобы провести свои исследования. Атлант не мог смириться с тем, что таинственная сила его отвергла. Он не понимал, почему камень не дал ему даже самого крохотного кусочка силы — хотя бы способности к левитации, как у этих шумных близнецов.
…В воздухе парили мерцающие звёзды. Очередная иллюзия — дотронешься, и звезда исчезнет. Легкий ветер, наполненный ароматами сжигаемых в курительницах трав, разметал волосы. С моря доносились резкие крики чаек.
Нет, так торжественно не было, даже когда до омерзения счастливая Лейла в первый раз подошла к Плите Памяти.
Ладони сами сжались в кулаки, когда Шанди увидел нового Обрученного. О, Небесная Мать, почему этот мальчишка, чужак, даже не атлант, получил твое благословение? Что он знает об этом мире? В Храме ни для кого не было секретом, что Хельг даже не хотел принимать посвящение, и Вальдаренту пришлось его долго уговаривать.
На губах Шанди мелькнула зловещая улыбка. А, может, он рано расстроился?
«В истории был случай, когда Обрученный погиб. Если бы и сегодня…»
Шанди вздрогнул и отвел глаза, встретившись взглядом со стариком. Нужно быть осторожнее, Вальдарент ему не доверяет. Конечно, он сам виноват, сорвался вчера и наговорил лишнего. И куда делась его осторожность? Теперь придется следить за каждым своим словом. Если церемония закончится успешно, нужно как-то поладить с мальчишкой. А дальше видно будет.
Мужчина усилием воли заставил себя успокоиться и взглянул, на стоявшую напротив него Ассель. С лица девочки не сходила радостная улыбка. Волнуясь, она переступала с ноги на ногу, то и дело, поправляя край пышной юбки.
И ведь глаз не сводит с Обрученного! Заметив внимание Шанди, девочка скорчила рожицу и показала язык. Что за поведение для Серебряной?
Нет, для казначея, разумеется, не новость, что его присутствие в Храме для многих не желательно. И, если бы все шло по плану, он первым дело разогнал бы весь этот так называемый Совет! Как все — таки жаль…
Поднимаясь по грубо обработанным ступеням, Олег придерживал край длинной белоснежной туники. Голову жрецы потребовали покрыть шелковым платком. Церемония проходила в Высшей зале — на открытой террасе, окруженной пятью высокими колоннами. Их вершины были соединены между собой так, что образовывали пятиконечную звезду.
