Ингмар бросил взгляд на побратима, и Аксель ощутил волны братской любви, исходящие из его голубых глаз. Граф не привык откладывать принятое решение «на потом», и уже на следующее утро, после завтрака, был в седле. Виолетта только и увидела, успев выбежать во двор, как небольшой отряд, вздымая огромные клубы пыли, стремительно удаляется от замка,
— Куда он? — спросила женщина Ингмара.
— У него важные дела, — задумчиво проговорил граф, не решаясь посмотреть жене Акселя в глаза.
— Знаю я его дела, к этой рыжей шлюшке помчался, — Виолетта всхлипнула, ― она явно знала о происшествии на пиру у соседа, и Ингмар так и не придумал, что ей сказать. Впрочем, графиня и не ждала его ответа, повернулась и побрела в сторону дома.
Разморенная жарким солнцем стража спала, и Аксель сильно ударил рукояткой меча в дубовые ворота. Громкий звук заставил весь замок встрепенуться, и из бойниц показались заспанные лица стражников.
— Передайте маркизе — приехал граф Аксель Харальдсон по безотлагательному делу! — высокомерно приказал он им и отъехал на пару шагов.
Произошла некоторая заминка, но вот ворота со скрипом поползли вверх, и впереди показался мощеный круглыми булыжниками пустынный двор. Встречал графа добротно одетый слуга, он же проводил Акселя по широкой лестнице в главный зал замка. Как видно, старый маркиз был совсем не беден. Сквозняки шевелили громадные, на всю высоту стен, гобелены, и граф невольно засмотрелся на один из них, с которого на него грозно взирал последний маркиз де Иглнест, в полном вооружении франкского рыцаря.
В огромном каменном зале было прохладно. Акселя усадили в резное кресло с мягкой плоской подушкой и предложили охлажденные вина и легкие закуски. Маркиза заставила подождать себя еще несколько минут, которые показались норманну нестерпимо долгими. Наконец она вошла и, шелестя шелковой юбкой, проследовала к своему высокому стулу. Подчиняясь приличиям, граф встал и слегка поклонился. По бледному лицу красавицы вдовы пробежали какие-то тени глубинно-потаенных чувств, но они были привычно подавлены. Лицо Шарлотты стало безразлично-невозмутимым. Впервые в жизни Аксель спасовал и не знал, как начать. Неловкая пауза затянулась.
— Вы с какой-то целью навестили Иглнест, мессир граф? — надменно спросила молодая женщина, отведя взгляд в сторону.
— Я хотел видеть своего сына, Шарлотта! ― рубанул с плеча прямодушный норвежец.
— В таком случае, вы обратились не по адресу, — маркиза посмотрела на графа необычно холодными глазами. — Насколько мне известно, мессир, у вас дочь, а не сын, и ее следует искать дома.
— Но Роланд… — голос Акселя дрогнул, как будто его горло внезапно пересохло.
— Мессир Роланд ― сын и наследник моего мужа, маркиза Арманда де Иглнеста!
Аксель вскочил и подбежал к Шарлотте. Схватив ее за руку, выдернул из огромного стула. Мужчина резко обнял рыжеволосую красавицу и страстно заговорил ей в лицо.
— Я знаю, я все знаю, Шарлотта, не надо лгать! Это мой сын! Я хочу видеть его!
Молодая женщина мягко высвободилась из пылких объятий графа и, отступив на пару шагов, сказала:
— Вы ошибаетесь, граф! Я еще раз повторяю: Роланд — сын моего мужа. Больше мне нечего добавить.
— Прикажи, чтобы его привели! — встрепенулся Аксель.
— Нет, это невозможно!
— Но почему?
Шарлотта подошла к камину и провела рукой по массивной серебряной вазе с гербом рода Иглнест, стоявшей на углу белой мраморной плиты.
— Так будет лучше…и для тебя, и для него, — беззвучно прошептала она и повернулась к гостю. Наверное, это был единственный теплый взгляд, полученный Акселем на этой встрече. В глазах молодой женщины промелькнуло пламя любви, но она тут же отвернулась.
— Не стоит просить меня, Аксель, это бесполезно. Уже имеются желающие оспорить титул Роланда и его право на наследство. Еще не хватало твоих нелепых притязаний! — Маркиза оглянулась и холодно посмотрела на гостя. — И вообще, твой приезд сюда, по меньшей мере, неприличен! Я — женщина одинокая, а ты женатый мужчина. Ты можешь испортить репутацию и мне, и себе. Кроме того, у тебя могут возникнуть неприятности с Виолеттой.
Аксель хмуро опустил голову.
— Если бы ты тогда не убежала — все могло получиться иначе, и у нашего сына был родной отец, — задумчиво произнес он.
— Не обманывай ни себя, ни меня! — неожиданно резко оборвала его Шарлотта, — убежала бы я, или осталась — ты бы все равно женился на ней. Мне была уготована участь наложницы. Может быть, мне было бы и хорошо проводить с тобой время в постели, но я не могу делить твою любовь с другой женщиной. У меня тоже есть принципы. Вот ты, к примеру — всегда держишь слово. Не можешь иначе…
— Это верно, — пробормотал норманн.
— Я же не могу быть рабыней! Почему же ты не хочешь меня понять!
Шарлотта вдруг подошла к Акселю и любовно провела рукой по густой гриве платиновых волос, но, тут же, опомнившись, вернулась на свое место у камина и повернулась к вазе.
— Все, Аксель, уходи! — отвернувшись, глухо сказала маркиза.
