Рей бросил монетку, набрал номер при помощи цифрового диска, находящегося в нижней части электрофона, и устройство ожило: сегменты углубления начали вращаться в противоположные стороны с возрастающим ускорением. Штырь засветился голубым светом, оделся сеточкой маленьких молний, а затем с него с треском сорвался электрический разряд и устремился к краю углубления, затем второй, третий, четвёртый... освещая полутьму кабинки яркими вспышками света.
Наконец, молнии перестали скакать и образовали колышущийся электрический шар, который удерживался в сферическом углублении электрофона. Рей вгляделся в шар – сначала ничего нельзя было различить, затем появились помехи – это означало, что электрофон на той стороне включился. Через секунду шар протаял в глубину и выдал изображение – комната на заднем плане. На переднем – лицо мужчины с явными признаками недельной небритости на себе.
- Слушаю, – ответило «лицо».
- Привет, Марти! Сколько лет, сколько зим! – приветствовал друга мистер Андерсон.
- Рей, старина! Неужели это ты? – Марти недоверчиво изогнул бровь, вглядываясь в лицо собеседника. – Да тебя не узнать! – прошелестел электричеством голос друга.
- Что? Неужели я так постарел? – изумился Рей.
- Да нет, что ты! – сделал успокаивающий жест Марти. – Возмужал. Ну так что? Где пропадал-то всё это время? Два года от тебя ни слуху, ни духу.
- Работа такая, – ответил Рей, пожимая плечами.
- Что, всё ещё работаешь на этих неудачников из ЦРУ? – пренебрежительно спросил Марти.
- Уже нет, – качнул головой Рей.
- Неужели? И что же заставило тебя вспомнить обо мне? – шутливо произнёс Марти, не очень-то доверяя ответу друга по поводу ЦРУ.
- Я о тебе и не забывал, просто возможности связаться не было. А касательно того, что, как ты выразился «заставило»... У меня проблемы, Марти.
- Проблемы, говоришь? – Марти взялся за небритый подбородок. – Какого рода?
- Как раз по нашей части, – лукаво подмигнул мистер Андерсон, усмехнувшись.
- Хм... Неужели всё так серьёзно? – с наигранным удивлением осведомился Марти. По всему было похоже, что известие его не то что заинтересовало, а даже обрадовало. Авантюризм у Мартина был в крови.
- Более чем. Но я сейчас не могу рассказать всего – нас могут слушать, – ответил Рей.
- Чем я могу помочь? – голос Марти выдавал его заинтересованность и озадаченность. Впрочем, он и не собирался этого скрывать.
- Мы с приятелем отправляемся в Неваду из Нью-Йорка через два часа. Летим цеппелином, рейс двести шестнадцать. Можешь подстраховать? Но только так, чтобы никто не заметил...
- Ты что, забыл, с кем имеешь дело? – хвастливо спросил Марти.- Сделаю всё в лучшем виде – комар носа не подточит... Э-э-э-эх! Прям как в старые добрые времена!
- Ладно, Марти, спасибо. Встретимся уже в Неваде – там всё и обсудим. Пока, – попрощался Рей, отключая электрофон.
- До встречи, – раздалось в ответ слабое электрическое эхо голоса Марти.
Рей вышел из кабинки, постоял немного в задумчивости. Затем осмотрелся в поисках учёного – тот был возле защитной сетки передающей башни – и направился к нему. Эйнштейн неотрывно следил за игрой молний, испускаемых башней:
- Красиво, не правда ли? – спросил он, не отрывая взгляда от пляшущих молний.
- Да, пожалуй, – ответил Рей, также посмотрев на молнии. – Я связался со своим другом – он нам поможет.
- Рад это слышать..., – задумчиво ответил учёный. – Поразительно, сколь многого достигло человечество за последние двести лет! Успехи в химии, биологии, робототехнике, механике, географии, физике и других науках! А как вы думаете – что было бы, если бы что-то в прошлом пошло по-другому? Каков был бы наш мир сейчас? – Эйнштейн отвернулся от башни и посмотрел на Рея.
- Не знаю... Но уж точно он был бы не таким, каков он есть, – подумав, ответил Реймонд.
- Да... всё зависит от того, на сколько то или иное событие значимо для Истории. Если не значимо – то мир был бы почти таким же, как сейчас... А если нет? Если событие значимо? – вновь спросил учёный, скорее у себя, нежели у Рея.
- Тогда очень многое было бы не так, как есть, – ответил Рей.
- Верно... Только представьте, что было бы, если бы почти все начинания Теслы не были бы восприняты обществом!
- Это был бы совершенно иной мир..., – задумчиво сказал мистер Андерсон...
Хитерфилд встретил Николаса Райтсона не очень приветливо – снежными заносами, сугробами и гололёдом. Морозами. А в данный момент это было вдвойне опасно, так как уже начинало темнеть. Николас добрался до пригорода примерно в девять вечера, потратив на дорогу в общей сложности около пяти часов, и погнал машину дальше – в центр города, где несколько недель назад произошла решающая битва стражниц завесы и Седрика. Впрочем, об истинном значении происшествия, запечатлённого безстрастными и не подвластными магии камерами спутника, Райтсон не имел представления.
