- Прости, – сказал он ещё раз, и в голосе его отразилась вся та нескончаемая боль, которую он на протяжении столь долгих лет скрывал в своём сердце. Горе и отчаяние, когда он потерял Ольгу и которые потом гнали его по веренице миров в надежде отыскать её, вновь увидеть её улыбку. Сострадание, разделённое с другими существами – не всегда людьми, встреченными в этом великом путешествии. Боль. Ярость. Гнев и ненависть ко злу, которые со временем лишь усилились. Ужас и безконечное неизбывное чувство вины после первого убийства, пусть даже убитый и был отъявленным негодяем. И те же чувства, помноженные многократно с каждым новым убийством того, кому он выносил приговор за преступления… А затем отчаяние и боль из-за безуспешных поисков стали столь сильны, попросту невыносимы, что он стёр себе память, чтобы хоть ненадолго забыться и обрести покой… Тогда-то и появилась у него связь с этой версией Земли и Меридианом. Сколь удивителен и неожиданен был этот поворот судьбы, ведь именно здесь он в итоге и нашёл Ольгу вновь после долгих, казавшихся безконечными, поисков, наполненных муками души. Но он обрёл её вновь лишь затем, чтобы снова потерять и на этот раз навсегда. Причём самым ужасным из всех способов, которые только были возможны – безмерные радость и счастье от столь долгожданной встречи с любимой были сравнимы лишь с бездонной пропастью отчаяния, вины и ненависти к самому себе, когда он, осознав, НАСКОЛЬКО сильно изменилась Ольга, не сумел найти иного выхода кроме как сразиться с ней… и погубить любовь всей своей жизни. И себя самого.
С тех пор боль всегда преследовала его. То было чувство вины, всепоглощающее, растворяющее в себе без остатка. Временами становилось настолько тошно, что он был готов покончить с собой и даже пару раз едва не сделал это… Но потом время взяло своё, душевные раны хотя ещё и причиняли боль, стали рубцеваться. А он нашёл утешение и относительную видимость покоя в работе… Но так не могло продолжаться вечно. В конечном итоге, считая что делает правое дело, он вновь оказался на этой Земле. Вновь со старыми знакомыми… Слепая уверенность в собственной правоте, подпитываемая углями застарелой душевной боли, на сей раз завела его так далеко, как не заходил, пожалуй, почти никто… Эта уверенность, граничащая с фанатизмом, чуть было окончательно не превратила его в палача и убийцу, в чудовище, не способное чувствовать ничего, не способное чувствовать боль и муки совести от тех ужасов, что он совершал.
И тут внезапная вспышка озарения разогнала тьму, туманившую его разум так долго!
Это было подобно желанному и долгожданному ярчайшему свету Солнца, режущему глаза, привыкшие к тьме после затянувшейся полярной ночи, дуновению ветра, разгоняющему нависшие на небосклоне свинцовые тучи, восходу радуги во время очищающего летнего дождя, смиряющего жару и зной. Впрочем, человеческий язык слишком беден, чтобы описать всю гамму чувств и переживаний, завладевших в то мгновение его душой. Он ясно увидел всё, что делал до этого дня, что делает сейчас и то, что ещё собирался сделать… И тогда вернулась боль. Она ещё никогда не была так сильна, ведь на сей раз на её стороне был не только самый суровый и неподкупный судья – совесть, но само время. Столь нещадно она терзала его душу и разум именно теперь потому, что он наконец понял – его использовали всё это время! Он совершил страшную, чудовищную ошибку, когда впервые открыл портал.
Он вспомнил.
И вот в этот момент впервые в жизни ему стало по-настоящему страшно от того, что он натворил.
С тех пор этот страх и порождённое им желание всё исправить вели его вперёд. Он вновь ожесточился, и лишь опять оказавшись на Меридиане его душа начала постепенно исцеляться от ран, полученных с потерей Ольги. И это исцеление началось благодаря Джайне, этой милой, доброй, доверчивой и в чём-то по-детски наивной девушке. Именно она каким-то непостижимым образом, не прилагая к тому никаких сознательных усилий, сумела расколоть ледяную броню его сердца и вывести его к свету…
Но в этот самый момент, когда он вновь начал обретать себя, судьба, в которую он никогда не верил, нанесла коварный удар. Однако в глубине души он знал, что так всё и будет. Ибо так должно было быть. Сделка ещё не была расторгнута. А ещё он знал, чем может кончиться встреча с двойником. Но всё-равно позвал его. Потому, что так было нужно. И вот сейчас, чувствуя, как жизнь покидает его, буквально ощущая холодные костлявые пальцы смерти на своём плече, он знал – так должно быть. Потому, что это был его план!
