— Тысвоейвыгодынеупустишь, нетаклиАдриан? — отстраненнопоинтересоваласьона.
— Конечно, ядолжензнатьскемимеюдело. Чтоэтобылзачеловек? ЧтозатайныскрываютсяподэтоймаскойСнежнойКоролевы? — задалясвоивопросы, заметив, какнапрягласьдевушка.
— Апочемутырешил, чтояоткроюпередтобойвсекарты? Какиеещевопросытыхочешьмнезадать? — прежнимтономспросиладевушка.
— Нуразтыдаешьмнекарт-бланш….Откудаты? Ктотвоиродители? Каквтакомюномвозрастеможнобылозаработатьнанесамыедешевые курсы? Почемутакраноначалаработать? Почемутакоеразнообразиесфердеятельности? — послемоихвопросовпослышалсятихийсмех. Этонебылсмехрадости-скореегрусти. Мнесталостыднозасвоивопросы. Ночтосделано-тосделано.
— Нучтож, еслиуждалакарт-бланш, топридетсяотвечать. Авообщеэтоподозрительно, — намойвопросительныйвзглядонапояснила.
— Токакойлюбопытныйуменяклиент. Адриан, тызнаешь, чтоответитьтебенаэтивопросынесможетниктокромеменя, аянелюблюобэтомвспоминать, — жесткопроизнеслаЛиа. Лед, прозвучавшийвголоседевушки, могбызаморозитьполовинугорода. Чтоговорить, яисамнеразприбегалктакомуметодурешениявопросов, поэтомунесдалсятаксразу.
— Ивсеже? — произнеся.
— Упертыйзначит? Нухорошо, принесимнепожалуйста, чего-нибудьпокушатьдляначала, апослеявсерасскажу, обещаю, — ответиламнедевушкаиотвернуласьотменя.
— Маленькая, тызадумалапоигратьсомной? Нучтож-давайпоиграем! — взлохмативсвоиволосыиулыбнувшись, произнеся, выходяизпалаты.
Лиана
Ябылапоражена. Оннетольконеушел, ноещеиуспокаивалменя. Интересно, зачемонвсеэторасспрашивает? Любопытствоиликакая-тоцель? Неузнаю, еслинерасскажу. Должнапризнать, чтоегозаботаприятна. Никогдаещеянечувствоваласебявбольшейбезопасности, чемсним. Такойсильный, неушелинебросилрыдающуюменя, аподнялнарукииотнесвкровать. Втожевремявнемприсутствуетнежность. Стоиттольковспомнить, какимголосомонуспокаивалменя. Силаинежность, такаяжепротивоположность, какумибезумие. Янепонимаю, чемуверить? Боже, каквэтоммужчинеможетбытьстолькограней? Возможнолитакоеилиэточто-топоказательное? Нет, недумаю.
Мнеинтереснодругое: почему, когдаонрядом, мнетакспокойно? Абесцветнаяжизньобретаеткраски? Яосторожновсталаскровати. Ногименядержалинеуверенно, аголоваслегкакружилась, но этопройдет. Подошлакокну, открылаегоивыглянуланаружу. Всеточнотакже, каквсегда, летовступаетвсвоиправа.
Подокномвнезапнопослышалсярадостноевосклицание «Этоправда?», апотомподокномзакружилисьдвое: пареньидевушка. Смешные. Наверное, онасообщилаемурадостнуюновостьовыздоровленииилибеременности. Каккрасивоонисмотрятсявместе! Тутжепареньпоцеловалсвоюдевушку. Послечегопогладилвсеещеплоскийживотвозлюбленной. Девушкасчастливоулыбаласьегодействиям. Вдругонначалчто-тосерьезноейговорить. Секундаионужеусадил, явнолюбимуюдевушкунарядомстоявшуюлавочкуивставпереднейнаколениприпалухомкееживоту. Всежебеременна. Провелпоживотикурукойипоцеловал. Смотрянаэто, сморгнуласлезуизакрылаокно.
Яотчаянностараласьнезавидоватьэтоймолодойпаре. Ихлюбовьгоритсловнопламя-этовидно. Нозаслужилалиясвоюлюбовь-незнаю….Еслия все-такиеёнайду, илионанайдетменя-какойцветонаприобретет? Белый? Черный? Окраситьлюбовьвцвет-значитзаранееобречьнакакой-тоисход. Белый — незаметен. Черный-слишкоммрачен. Онассоциируетсясбольюилишениями. Любовьконтролируетчеловека, лишаетегоразума. Человекперестаетслушатьвсе, дажесвойразум. Иводинмоментеголюбовьизпрекрасноймечтыпревращаетсявкошмар. Янехочутак. Этослишкомдляменя. Всвоембезумиияпроживуводиночку.
Просвоеговизитераяуспелазабыть, апотомувздрогнула, когдавдверяхувиделаАдриана.
— Тыпришел, — снекимраздражением, произнеслая.
— Да, атысновавстала? — наеговопрос, яразвеларуками. Ипотихонькупошлаккровати. Нехваталоещеупастьнанепослушныхногах. Покаянедошладосвоегоместа, Адрианпровожалменявнимательнымвзглядом. Толькопослетого, какяприселанапостельонпоинтересовался:
— Нучто, поведаешьмнесвоюисторию? — нанесколькомгновенийязамешкалась. Впервыеянезнала, чтоответить, новыходнашелсясамсобой:
— Посетителейпрошунавыход, — четкопроизнеслаотдверимедсестра. Унееврукахбылакапельница, вкоторойстоялипарабутылочекспрозрачнымсодержимым.
-Чтоэтотакое? — вскочивсосвоегоместа, спросилАдриан.
Медсестра спокойно посмотрела на Адриана:
— Лекарство, — от лаконичного ответа, я едва сдержала улыбку. Адриан только нахмурился. Девушка, заметив это, поспешила пояснить:
— Название лекарств, вам ничего не скажет. Их назначил ей лечащий врач.
Слегка успокоившись, Адриан посмотрел на меня:
— Лиа, наш разговор не закончен, — смотря прямо мне в глаза произнёс мужчина, и вышел. Я же вздохнула с облегчением.
После памятного разговора прошло уже четыре дня, а Адриан так больше и не пришёл. Это было довольно странно, но это и к лучшему. Меж тем я успевала решать рабочие моменты. Приезжали сотрудники рекламного агентства, утвердить баннера и различные слоганы. Приезжал Глеб подписать важные документы, после чего, раздался звонок. Девушка — оператор сообщила, о готовности моей визы. Здесь уже я не стала ни у кого спрашивать разрешения, собралась и поехала за документами.
Вернувшись в больницу, обнаружила в своей палате плачущую медсестру и злого доктора.
