— И что ему говорить, когда папаша в очередной раз с разбитым лицом домой явится? — вырвалось из неё против воли, — тот сразу помрачнел, и Козырь виновато прикусила язык. — Прости.
— Да нет. Ты права. Забавно… — ещё несколько крупных затягов. — Моя бывшая жена говорила тоже самое. За пару недель до того, как подать на развод.
Ох.
— Вы… из-за этого расстались?
— Да много из-за чего. Возраст сыграл своё. Глупые, наивные, заносчивые. Не считались с чужими чувствами.
Неужели она дождалась и ей теперь расскажут всё?
— Что произошло?
— Да ничего особенного. У меня как раз накрылось будущее, я скатился в депрессию, срывался на всех, нашёл утешение на подпольных боях… ну а Ксюша этого не выдержала. Поставила перед выбором: либо семья, либо моя забава. Я выбрал.
Женя почувствовала, как нехорошо засосало под ложечкой. Не из-за Ксюши. Совсем не из-за Ксюши.
— И как? Жалеешь о сделанном выборе?
— Да. Немного… Или нет. Я не знаю.
Он правда не знал. Тогда всё вышло слишком глупо и по-детски. Макс был зол на нежелание поддержать его, на постоянные нотации и женские слёзы, а потому целенаправленно отталкивал от себя любимого человека. И делал ему больно: словами, поступками, поведением, безразличием. Поведи он себя иначе, окажись терпеливее и умнее, кто знает, как бы всё сложилось…
— Думаю, нет. Раз сомневаешься, — тяжело вздохнув, вынесли вердикт за него, разглядывая красивые мужественные черты в отблесках уличных фонарей, уже загоревшихся по периметру двора.
— Вероятно, да, — без особого восторга согласился тот. — И судя по всему, история повторяется. Иначе бы ты сегодня не ушла.
На балконе воцарилось молчание. Неприятное, тягучее, вязкое. Да. Он попал в яблочко. Вот по этой причине под ложечкой у неё и засосало. Потому что она тоже это почувствовала.
— Ты голодный? — наконец, нарушила тишину Козырь. — Там вчерашнее рагу осталось. Подогреть?
— Подогреть, — не сразу кивнули в ответ, понимая, что с разговора, который всё равно ведь был теперь неизбежен, вежливо соскочили. Да ответ ему и не требовался. Он и без этого читался в её глазах.
Сомнение.
Она не уверена, что ей это нужно. А он не уверен, что в случае необходимости готов поступиться своими принципами. Ради кого бы то ни было. Даже ради неё.
Женя проснулась в лепестках. Белые и розовые, ими была усыпана вся постель в спальне, на которой в последнее время она всё чаще и чаще ночевала. В довершение шикарный букет тех же роз ждал её на кухне. Цветы? С чего вдруг? Откуда ей было знать, что для Максима вчерашняя беседа не прошла мимо и заставила призадуматься. Обо всём. О них. О будущем. О потенциальной угрозе потерять её. Не хотелось наступать на одни и те же грабли, так заботливо подсовывающиеся ему каким-то остряком из небесной канцелярии.
Козырь тоже думала об этом. Красивые жесты и обращение с ней, как с принцессой — это замечательно, такое не могло не трогать девичье сердечко, однако реальность ведь никто не отменял. А их реальность заключалась в сплошных недосказанностях. И беспросветной неопределённости. Особенно сильно это прочувствовалось в день выписки новоиспечённой мамаши.
Торжественная процессия поставила на уши весь роддом. Они с Максом, Дина с мужем, недавно вернувшиеся из недельного медового месяца у океана с кокосами и коктейльными зонтиками (плотный график заезды не позволил отдыхать дольше), Давид с женой, Никита, родители обеих сторон. Все с громадными неподъёмными букетами и подарками наперевес.
Один Майер тащил наперевес какой-то навороченный музыкальный игровой коврик и огромную машину на электроуправлении, которая понадобится новорождённому пацану, по меньшей мере, через полгода. Когда тот научится сидеть. И это не считая воздушных шариков, точное количество которых посчитать было почти невозможно, но на которых Женя могла бы вполне улететь в дальние края лучших традициях Мэри Попинс.
Той же компанией все поехали на просторную квартиру молодых родителей: трёшку в новостройке с видом на Академию Высших Искусств — одно и лучших заведений для начинающих творческих людей. Если бы ей удалось поступить туда в своё время, сейчас все двери мира шоу-бизнеса были бы для неё открыты.
Однако увы, с бюджетными местами там всегда было сложно, а платное она бы не потянула. Ни тогда, ни теперь. Модельный бизнес не означал богатство, как можно подумать по неопытности. Иначе бы она давно обзавелась вот такой же жилищной собственностью, чтобы в случае чего иметь отходные пути. В случае чего — это когда личная жизнь летит в Тартарары. То есть почти всегда.
