Ну правильно. Когда против тощего клерка, который вряд ли когда-либо держал что-то тяжелее мышки от компьютера выступает массивный борец, какой ещё ожидается результат? Понятно, что сюда приходят главным образом спустить пар, помечтать, что мутузишь ненавистного начальника опять же, но мозг при этом никто ведь не отменял. Впрочем, там скорее всего от такого удара теперь осталась лишь серая жижа. Потому что полный нокаут. Медики уже готовились оказать первую помощь.
— На что рассчитывал этот придурок? Притвориться гусеницей и уползти? Такая туша ушатала бы его одним мизинцем, — непонимающе покачала головой Козырь.
— От участников не зависит выбор пары. Это решает жребий, — спокойно ответил Максим, помогающий ей пробираться через давку. — Такие правила.
— Дебильные правила. И место дебильное.
— Я могу отвезти тебя домой.
— Нет, — ну уж дудки. Она должна увидеть это собственными глазами. Чтобы понять. Чтобы принять решение.
— Тогда наберись чуток терпения. Привет, — это уже было сказано застывшему в узком проходе без дверей секьюрити. Сурового вида громила нейтрально кивнул им и жестом дал добро, чтобы пойти в одно из многочисленных ответвлений парковки.
Хитрое переплетение коридоров выводило к раздевалке, где переодевались парни. В большинстве красавчики с развитой мускулатурой. Вот так мужской рай. Правда в закрытом помещении запах пота, крови и помеси дезодорантов стал ещё ядрёней. Женя не сдержала чиха.
— Будь здорова, — отозвались ей ребята. На противоположный прекрасный пол, вторгшийся в их личное пространство, они едва ли обратили внимание.
— Спасибо… Вроде как… — растерялась та. Нет, к тому, что перед ней настолько пренебрежительно раздеваются сразу несколько мужчин она была морально не готова. Пришлось отвернуться, уставившись на металлические шкафчики со старой обкалупавшейся краской и зацветшей в некоторых местах ржавчиной.
— Расскажи хоть вкратце: какие у вас тут правила? — спросила она как бы между прочим.
Максим саркастично хмыкнул, натягивая взамен джинсам шорты.
— Главное правило — никак правил.
— Что? Вообще? А как же: ниже пояса не бить и в лицо противнику не плеваться?
— Если очень хочется можно даже кусаться и оскорблять мамку соперника. Это ведь теневой спорт. Тут не в почёте общепринятые законы.
— Это варварство. Зачем ты участвуешь в этой чуши? Если очень хочется плеваться зубами, иди в профессиональные бои.
— С удовольствием. Даже пытался. Но меня оттуда вежливо попросили.
— Почему?
— Во время спарринга повредил руку. Да и позвоночнику нехило досталось. И всё. Конец. Думаю, то видео до сих пор где-то есть в сети.
— Насколько серьёзные были повреждения? — информация о видео и несостоявшейся карьере Женю удивило, но не так сильно, как новость, что он упрямо продолжает заниматься всем этим после, блин, травмы позвоночника.
— Для того, чтобы выбыть из игры достаточно. Типа неоправданный риск и всякое такое.
— Неоправданный риск? Но ты упорно продолжаешь неоправданно рисковать? Здесь? В этой…
— Я продолжаю заниматься тем, что мне нравится. Пускай не так, как я бы этого хотел, но так как позволяют возможности.
— Тем что нравится? Тебе нравится получать по морде? Ломать нос? Такое твоё хобби? — брезгливо скривилась Козырь.
— Эй, — нахмурился Макс, надевая шингарды
— Ты прав, — без особого восторга признала его правоту та. — Удачи.
Её ноги оторвались от пола и приземлились на скамью. Теперь Женя была на целых полголовы выше Майера. Её ласково потрепали за щёчки, заставляя губы собраться бантиком.
— Не хмурься. Тебе не идёт.
— Ругаться не идет. Хмуриться не идёт. Давай наденем мне коробку на голову?
— И как тогда тобой любоваться? — от ласкового поцелуя всё внутри замирало в трепетном восторге.
— Если хотите уединиться, идите в душевую. Она свободна, — хмыкнул кто-то из парней.
— Позже, мы ещё успеем, — блуждая губами и кончиком носа по нежной девичьей коже усмехнулся Максим. Её ладони лежали на его обнажённой груди, будоража и воображение, и гормоны. На несколько секунд они успели забыть, где находились и зачем сюда приехали. Но им напомнили.
— О, вы уже милуетесь. Везёт же некоторым, — на пороге появился как всегда беззаботный Никита и немногословный, тоже как всегда, Давид, что-то быстро набирающий в телефоне.
Макс оторвался от Жени, возвращая её с небес на землю. В прямом смысле. Каблучки стукнулись об напольную плитку.
— Вы вовремя. Приглядите за ней, — попросил он друзей. — От них на шаг, — это уже предназначалось ей, тоном не терпящим пререканий.
