Бывший фрилансер Максим Данилин теперь работает администратором… в детском саду. Поразительно, но здесь нет ни детей, ни воспитателей. Да и обязанности его просты – сидеть за столом и ждать звонков. Казалось бы, занимайся своими делами да отдыхай. Но с каждым часом Макс понимает – с этим садиком что-то сильно не так. В стенах происходят странные вещи – слышится чей-то шепот, на кухне играет загадочное радио, передающее старые песни, а в коридорах откуда ни возьмись появляется странная и не очень добрая кукла. Вроде отсюда даже можно уйти – двери по-прежнему открыты. Вот только выйдя из стен здания, Максим попадает далеко не в привычный мир настоящего.
У. Блейк
В. Хлебников
Е. Белоконь
1
Если Максиму Данилину когда-нибудь сказали, что в свои тридцать лет ему придется работать в детском саду, он конечно же не поверил бы. Звучало это абсурдно. Чрезвычайно абсурдно.
– Нам нужен администратор, вы понимаете? Ад-ми-ни-стра-тор.
Голос мужчины по телефону сделал акцент именно на первом слоге.
С этим, явно неприветливым человеком, Макс собирался переговорить о возможном трудоустройстве, а номер, по которому он звонил, принадлежал детскому саду «Гамма развития». Согласно адресу в интернете, садик уютно располагался где-то в глубинах дворов паркового микрорайона.
А начиналось все просто.
С предложением работы неожиданно позвонил его друг – Самуил. Да, кому-то повезло с именем, а кто-то, как Максим, должен был довольствоваться абсолютно обычным, даже, можно сказать, типичным именем. Самуил – лучший друг Данилина еще с далекого детства, и сейчас уже давно работал в крупнейшей корпорации, занимавшейся информационными технологиями. Макс пока оставался свободным художником и не раз ломал голову – как можно работать год за годом в одном месте, с жестким графиком, имея, как правило, не самого адекватного и уж тем более справедливого начальника, да еще и кучу работы в придачу, после выполнения которой ты еле приползаешь домой?
Именно потому он спокойно, без всякого принуждения, трудился (или хотя бы создавал вид усиленного труда) фотографом-фрилансером и изредка пописывал (меткое определение его второго вида деятельности) рекламные тексты для множества похожих друг на друга сайтов сферы услуг.
Ноль ответственности,
Никакого жесткого графика,
И никакого начальника!
А главное, ему за это платят, при том довольно неплохо. И, в общем-то, совсем плевать на девственно пустую трудовую книжку.
Звонок Самуила потому стал большой неожиданностью. Он позвонил воскресным вечером – по телевизору шли бесконечно-длинные итоговые новостные выпуски, на кухонном радио усталый диджей с ужасом вещал о приближающейся рабочей неделе, а за окном мрачными тенями наступал самый холодный и темный период осени. Максим ненавидел вторую половину осени. Время и состояние души, когда не хотелось ничего. Даже жить.
– Ты не хочешь, наконец, устроиться на работу? – протараторил бодрым голосом рекламного агента друг. – Официальную, с устойчивым окладом?
Это «наконец» в связке с «устроиться на работу», особенно первое слово, уже звучало гадко и издевательски, пусть и от самого близкого друга, но Макс никак не отреагировал. Друзей не выбирают. На них не обижаются и все им прощают. Тем более, когда они предлагают тебе хорошо оплачиваемую работу.
– Есть детский сад «Гамма развития», туда срочно, ты понимаешь, СРОЧНО требуется администратор. Записывай скорей телефон и звони!
Между тем Данилин размышлял про себя, какой месяц гадливее – октябрь или ноябрь? Наверное, все же ноябрь.
– Макс, ты слышишь? Ты позвонишь?
– Слышу я. Хорошо, позвоню.
Надо же было как-то отвязаться от настырного друга. Где он и детский «садик»? Несусветная глупость, а не работа, пусть и официальная! На клочке бумаги из вежливости номер он записал. И через секунду отправил клочок в мусорное ведро, которое не выносилось как минимум неделю, благодаря тому что наполнялось в основном пластиковыми бутылками, фантиками и множественными пакетами «ваш легкий суп за три минуты» и «каша-минутка за 5 минут!», не издавая неприятных запахов.
Детский сад, блин. Взрослый мужик будет работать в детском, мать его, саду!
Это все звучало настолько глупо, насколько и невероятно. И он очень быстро забыл разговор, буквально похоронив его в своей памяти.
