Царь сел рядом с Президентом и вложил руки в карманы. Глаза он зарыл в гравии под ногами. Президент глубоко вдохнул и шумно выдохнул через нос. Царь попробовал шепотом вздохнуть – но смог только открыть рот и пророкотать что-то гортанью.
– Не расстраивайся. Это только за постоянное членство тут можно. Дышать, имею в виду.
– А… Понятно.
– Так. – Президент обернулся на Царя, – Рассказывай. Ты тут чего? Тоже мячом по башке?
– Я? Нет, я… Господин Президент, – Царь поднял на Президента глаза. На коленях он мял руки. – Скажите, пожалуйста. Как на духу. Я… я мертвый?
Президент рассмеялся. Вдалеке скрежетала игла, фонари мешались на земле с луной. Президент сорвал с еле видневшейся кроны дуба лист и протянул Царю.
– Смотри. На свет.
Царь взял в руки лист и протянул к фонарю. Проеденная гусеницами, на нем виднелась надпись: «Dupa». Царь скомкал лист и сплюнул себе под ноги.
– И тут тоже.
– Скажи, Андрей. Как на духу. Ты – Dupa?
– Я?
– Ты.
– Я Царь! Какая же я… Dupa.
– А звучишь как Dupa.
Царь скрестил руки на груди и сжал зубы. В голове он уже давно был дома – без футбола, без дубов и без всего ненужного, непонятного и гадкого.
– Я думал… Думал, что надо финал дофутболить. Ну, до конца чтобы. А потом – на покой. Нет, – Царь быстро поднял голову и показал на парк, – не такой финал. А такой, знаете, чтобы дом, девушка любимая чтобы…
– Понимаю. – Президент посмотрел на часы и вложил руку в карман, где виднелось что-то квадратное.
– Ну вот. А тут – Dupa. Какой же это финал, если Dupa. Финал – это если Czar. Ну Царь то есть. А тут… Господин Президент, что мне делать?
– Что делать?
– Ну да. Что делать!
– Бить, Андрей. Отыгрываться. Ворота прямо тут. А финал, – Президент подмигнул Царю, – это ты еще не знаешь, где будет. Может это не финал совсем.
– Как не финал?
– А вот так. Может, только кажется, что финал, а на самом деле не финал совсем.
Царь почесал макушку.
– То есть бить?
– Бей, Андрей!
Вдалеке громыхали «Лужники». Трибуны скандировали: «Du-pa!» Но только сейчас Царь заметил, что, кроме того, они кричат и «Царь!». «Царь-Dupa» расходился по стадиону, разливался в каждом человеке, наполнял смыслом каждое движение каждого футболиста. Царь посмотрел под ноги. Там оказался мяч. Он встал со скамейки, отошел на два шага и посмотрел на Президента. Президент улыбался.
– Я спросить совсем забыл. А вы тут почему?
– Я?
– Вы.
– Финала жду. – Президент глубоко вздохнул и, улыбнувшись, произнес: – Бей, Андрей!
И Андрей Царьков ударил. Мяч пролетел над парком, чуть не задев верхушки фонарей, деревьев, пролетел над гравием, скамейками и Президентом. Мяч пролетел мимо тонарма, спиралей, мимо «Лужников». Мяч летел в славонские ворота.
– Бей, Андрей!
Феев кричал Царю. Вместе с ним Царю кричали «Лужники», скандируя три слога на родном Андрею языке: «Царь – Du-pa!» Андрей Царьков выдохнул и ударил по воротам. Конопчич и Дюжий бросились друг к другу в попытке перекрыть путь мячу, но ударились головами и повалились на особенно грустно глядящего на поле Гручайчика. Поводженчик подпрыгнул, чтобы перехватить мяч Царя, но он, как будто поле тряхнули, улетел куда-то много левее – в самый угол славонских ворот. Русские забили свой первый за игру мяч в чужие ворота. Счет стал 1:1. Андрей Царьков забил два гола. Из глубины трибун, за стеклом сидевший рядом с президентом Славонии и президентом ФИФА Президент кивнул в сторону Царя и улыбнулся. Царь только моргнул в ответ. Игла остановилась в центре поля, проскрежетав вместе с трибунами слово «Гол». Пластинка закончилась. Ее убрали и поставили новую пластинку – пластинку, финал которой только виднелся где-то вдалеке, на стороне A, B, а может, на всегда незаметной, полупрозрачной стороне C. Игра продолжилась. Была ничья.
Москва. 13 дней до финала
– Йоу, видал, как наши вчера амазонцев отфутболили? Аж три раза! – Продажник рекламного агентства метнул кейс и плюхнулся в кресло. Брендовый чемодан из крокодиловой кожи лениво проскользил по столу.
– В гробу я видал ваши игрища, – отрываясь от кофе, буркнул креативщик. Он раздраженно протер очки. – Генеральный меня уже с вечера запинал. «Бета Банк» словно с цепи сорвался: срочно требует баннер на стадион. «Путь-in-Train» хотят футбол на всех вагонах. На каждом, понимаешь? Из Яйца звонили, но связь прервалась…
Он с силой оттолкнулся, кресло откатилось в угол переговорной. С полки с трофеями агентства на него приземлился талисман ЧМ.
– Оле-оле, – воодушевленно протянула игрушка.
Очкарик с ненавистью бросил ее в мусорное ведро.
– Матч без гола – как бренд без футбола, – смеясь, заметил продажник. – Мы столько бабла срубим…
Его рассуждения о финансовых перспективах прервало появление генерального. Вид у того был помятый. Он задумчиво крутил на пальце брелок с футбольным мячом.
– Бабло считаем? – серьезно спросил он. Продажник сник. – Не в деньгах счастье, – заметил генеральный. – Мелко плаваете, ребята.
Он подошел к окну, посмотрел вниз. Высотка из пуленепробиваемого стекла одиноко торчала над однотипными серыми многоэтажками.
