Буек медленно опустил руку. На пистолете глушитель. Если Клим его увидит, он может все понять. Или не поймет? Тут, как в лотерее, есть несколько вариантов, и надо угадать правильный. Первый вариант — замочить Клима и прорываться с боем. Но пацаны в охране — стреляные воробьи; услышав хлопок, могут обо всем догадаться. Они поднимут тревогу, и Буек окажется один на один со всеми боевиками острова. Шансы на победу минимальные. Лучше отдать пистолет. Скорее всего Клим ограничится временной конфискацией оружия, и у Буйка появится еще один шанс.
Верный слуга Марципанова задумчиво посмотрел на глушитель:
— Странно это. Какие-то подозрительные киллерские штучки. Не помню я, Буек, чтобы тебе приказывали кого-то замочить. Ладно, я сегодня добрый, возвращайся в комнату. Но запомни, с этой минуты выходить из нее тебе категорически воспрещается. Если нарушишь запрет, отправишься на тот свет вместе с бабами.
«Это называется домашний арест, — удрученно подумал Буек, ложась на кровать. — Как теперь помочь Ирише? Надо думать, время еще есть».
Но времени у Буйка уже не было. После завтрака Марципанов собрал всех девушек, по старой традиции опустил в шапку свернутые трубочками бумажные листки. Затем Игорь Леонидович сунул в шапку руку и достал оттуда один листок.
— Вершинина, — услышала Ирочка свою фамилию.
Ее захлестнула волна ненависти. Теперь девушка не сомневалась, что так называемая любовь охранника — еще одна часть садистского плана Цыпы. В них вселили надежду на благополучный исход и разрушили ее с чудовищным коварством. А Ирочка так ждала прихода своего избавителя, всю ночь не спала. Теперь ей предстоит бой с полной сил противницей. Девушку отвели на разминочную площадку. Ирочка машинально проделала комплекс упражнений, готовящих тело к хватке. Ее мысли снова и снова возвращались к подлому любовнику. Что за человек, неужели в его душе нет ни капли благородства и остались только низменные чувства!
В это время Буек, словно загнанный зверь, метался по тесному помещению. Едва Клим услышал, что сегодня на арену выйдет Ирочка, он распорядился запереть боевика в бане. Так надежнее. В комнате несколько больших окон, арестант мог выбраться через любое из них и попытаться спасти возлюбленную. Конечно, его геройство закончится пшиком. Много ли шансов на победу у безоружного человека? Но к чему им лишние проблемы? Во избежание эксцессов помощник Марципанова лично отконвоировал Буйка, запер дверь и приставил к бане Муфлона, строго-настрого приказав:
— Если услышишь звон бьющегося стекла или другие подозрительные звуки, немедленно сообщай мне. И не вздумай лезть сам, изображать из себя героя.
Во всей бане имелось одно маленькое окошечко. Пролезть в него мог только ребенок. Но оно выходило прямо на арену. Буек мог наблюдать в него за схваткой, до начала которой оставались считаные минуты.
Всех девушек загнали в дома, окна которых закрыли ставнями. Исключение сделали только для двоих — Ириши и Ксении Истоминой. Размявшись, девушки вышли на арену. Вокруг нее расположились боевики.
— Начали! — громко скомандовал Марципанов, сидевший в кресле.
Тут же засуетился оператор. Спортсменки двинулись навстречу, стали медленно ходить по кругу, глядя друг на друга. Обе не изъявляли желания драться.
— Вы издеваетесь надо мной! — рявкнул Марципанов, выждав несколько минут.
— Надо их стимулировать, — Клим достал травматический пистолет.
— Не так! — досадливо поморщился Игорь Леонидович. — Знаешь, как в Древнем Риме заставляли сражаться трусливых гладиаторов? Огнем и раскаленным железом.
Он демонстративно поднялся с кресла и скрылся в своем доме.
— Все слышали? — грозно спросил Клим у боевиков.
— Что слышали? — взялся уточнять Абрам.
— Срочно нужны костер, парочка металлических прутьев и какие-нибудь длинные, не слишком толстые деревяшки.
Боевики немедленно отправились на поиски. Несколько разрубленных вдоль досок сгодились на роль длинных деревяшек. С металлическими прутьями дело обстояло хуже. Нашлась единственная оставленная строителями арматурина. Один ее конец сунули в разгоревшийся костер. Когда он раскалился, позвали хозяина.
Марципанов соизволил выйти и недоверчивым взглядом окинул боевиков. Мол, посмотрим, что у вас получится. Клим взял доску, обмотанную тряпкой, и поднес к огню. Получился факел на длинной ручке. С ним он двинулся к Истоминой. Абрам, держа арматурину, пошел на Вершинину. Метод древних римлян сработал. Девушки начали сражение. Ирочка старалась действовать на дистанции. Она наносила удары руками и ногами, пытаясь ошеломить Ксюшу. Возможно, месяц тому назад ее тактика принесла бы успех. Но Конан хорошо поработал с Истоминой, учел все ее плюсы и минусы. Он в первую очередь научил Ксюшу защищаться.
«Зачем гребчихе удары? Физически она гораздо сильнее большинства своих противниц. Ей надо перевести схватку в партер и воспользоваться своей мощью», — думал Конан, заставляя Истомину до автоматизма отрабатывать переднюю подножку.
