– В нашем возрасте уже поздно о чем-то мечтать. Это в обратной жизни можно было бы пытаться осуществить свою мечту снова и снова пока смерть не разлучит вас – тебя и твою мечту. А в этой жизни нам уже поздняк метаться, – в очередной раз продекларировал я прописную истину, поднимая баночку пива на стихийно возникшей в нашей комнате вечеринке.
Мы глотнули пива и все четверо замолчали, с завистью думая о том, что в обратной жизни у парней нашего возраста вся жизнь еще впереди! Всё самое интересное, включая заветные мечты, у них еще впереди! А у нас?
А у нас остались лишь несбывшиеся мечты о светлом будущем. Всю свою взрослую жизнь мы мечтали о красивой интересной жизни и нам все время казалось, что вся эта успешная солнечная жизнь ждет нас где-то там впереди. Когда нам осталось жить по 40 лет, мы довели свои мечты до четкого визуального образа. Мы отчетливо представляли нашу счастливую жизнь (во многом конечно благодаря моим бредням о жизни голливудских сценаристов) – красивые девушки, солнечные пляжи, вечеринки в бассейнах роскошных вилл на берегу океана. Да я прекрасно помнил, как в свои 40 лет, взявшись за сценарий, я всерьез рассчитывал в следующее десятилетие своей жизни совершить прорыв и воплотить эти мечты в реальность. Но время шло, а мечты так и оставались мечтами. Пронеслось «золотое десятилетие» – возраст от 40 до 30 лет, когда с каждым годом мы все отчетливее понимали, что просираем жизнь в рутинном круговороте, ни на шаг не приближаясь к нашим мечтам. И вот нам осталось жить чуть больше 22 лет (ближайшие пять из которых волею судьбы нам суждено провести в Камском политехническом институте) и мы окончательно смирились с тем, что нашим мечтам не суждено будет сбыться. Солнечные тропические пляжи, океанская голубая вода и загорелые девушки в бикини так и остались безнадежно далеки от нас. И этого уже было не изменить. Казалось бы безысходность должна была охватить нас, но нет – мы единодушно решили раз уж изменить ничего нельзя, то почему бы просто не пуститься во все тяжкие?
И мы бросились куражиться, отрываться на забойных вечеринках в общаге, тусах в ночных клубах, днюхах на базе отдыха в Боровецком лесу и прочих движах.
Большая светлая любовь тоже пала жертвой этой концепции – какой смысл кого-то любить по настоящему, если максимум через пять лет все серьезные отношения нужно будет заканчивать? Поэтому ни я после Насти, никто другой из нашей четверки уже не искали вечной любви. Хотя вокруг и были примеры, когда бывшие муж и жена продолжали встречались все пять курсов в институте, а потом еще десять классов в школе, но это были какие-то абсолютно уникальные экземпляры, почти безумцы. А подавляющее большинство моих сверстников на этих безудержных вечеринках пытались реками алкоголя и случайными связями заглушить горечь утраты настоящей любви.
Некоторые называли студенчество периодом сознательного дожития, потому что после 18 лет останется только несамостоятельная жизнь под контролем родителей и никакой свободы. Мы всё это отлично понимали и поэтому отрывались по полной, словно пытаясь за оставшиеся пять лет накуражиться на годы вперёд. А когда от самых юных первокурсников мы узнали об «ужасах», которые войдут в нашу жизнь с наступлением периода несовершеннолетия (недееспособности) – прежде всего это законный запрет на употребление алкоголя, мы и вовсе бросились бухать, как прожженные пираты!
В некоторых странах это желание студентов напоследок по максимуму воспользоваться своей свободой и самостоятельностью, в сочетании с избытком энергии в молодых организмах, приводили к массовым молодежным протестам, волнениям и беспорядкам. Мы же политикой не увлекались. Мы предпочитали веселье и развлечения. Вечеринки, тусовки, кино, активный отдых и спорт – неважно будь то футбол, боулинг, катание на велосипедах, скейтах или сноубордах. Мы не вылезали из тренажерного зала, только потому что девушкам нравились парни со спортивными фигурами.
Девушки в этом возрасте тоже понимали, что сейчас самое время отрываться и безумствовать – они уже отдали долг семье, мужу, детям, родителям, обществу и всем остальным кому только можно было и теперь хотели пожить для себя. И порой они такое вытворяли, что даже у Красавчика глаза на лоб лезли! А ведь многие из них еще совсем недавно были примерными женами и матерями. «Это же насколько мужья не удовлетворяли их в годы супружеской жизни, что сейчас они так набрасываются на секс?» – поражался Красавчик.
Но молодость тем и коварна, что срывает с людей маски, которые они носили на протяжении всей предыдущей жизни. Да и сама по себе студенческая вечеринка вещь достаточно провокационная. Обилие вокруг множества молодых, пышущих здоровьем и гормонами тел в сочетании с неимоверным количеством разнообразного алкоголя, создавали атмосферу раскрепощенности и вседозволенности, что вкупе с ожиданием неотвратимого периода недееспособности толкало молодежь на настоящие безумства о которых вспоминать потом было стыдно.
