Ни к чему хорошему это не приведет. Хотя даже будь у нее доказательства, то распространение такой информации грозит еще более серьезными последствиями – восстания, потеря контроля, слом режима, а может, еще что похуже. Может ли она взять на себя такую ответственность? По телу пробежал холодок, а в голове настойчиво вертелось: нет, не может. Но одновременно с этим на ней лежит теперь и ответственность за «серых», которые живут в постоянном страхе не получить свою необходимую дозу лекарства и умереть. Что бы выбрали они? Продолжить существовать в обмане и угнетении или правду? Наверняка все бы выбрали правду… Или нет? Нельзя рассказать. Нельзя молчать. Голова начала раскалываться от боли – слишком сложный выбор стоял перед ней. Может, Берт был прав? Не стоило в это ввязываться. В этот момент мелькнуло даже чувство досады, что Берт вообще рассказал ей, но Эрика отогнала это прочь. Она всегда была сторонником правды. Так что произошло то, что должно было произойти. Механизм запущен, и все сейчас сомкнулось на ней, хочется ей этого или нет. Она должна рассказать. Но только когда у нее будет хоть какой-то план – быть голословной нельзя.
Допустим, лекарство и правда подделка. Вопрос в том, было ли оно всегда подделкой? Если всегда, то почему болезнь перестала убивать людей? А была ли болезнь? Если ее не было, то почему умирали люди? Значит, все-таки была. Значит, и лекарство было. Раньше болезнь была, и было лекарство. Сейчас лекарства нет… И болезни нет? Возможно, лекарство победило болезнь, и ложь состоит в том, что оно лишь сдерживает ее? Зачем лгать об этом? И тут в голове всплыли ее же слова, которые она произнесла накануне, во время той злополучной беседы с Бертом: «Просто это экономически выгодно – иметь миллионы единиц дешевой рабочей силы, у которой минимум прав и нет никакой социальной защиты. Дело только в этом».
Она всегда считала, что для «серых» делается слишком мало, всегда сочувствовала их положению, именно поэтому она стала агентом «Сопротивления», чтобы хоть как-то помогать им. Но одно дело держать их в изоляции из-за страха новой волны эпидемии и совсем другое – намеренно обманывать. Страшно представить масштабы этого заговора. Такое нельзя провернуть, держа все в тайне. Должно быть огромное количество посвященных людей, которые должны играть свою роль в этом лживом спектакле. Может, стоит вычислить одного из таких и добыть информацию у него? А разве это реальнее, чем предыдущие два «плана»? Вряд ли. Еще на примере сети НИИ она поняла, что подобную информацию ей не найти. Брать в заложники людей наугад? Бред. «Сопротивление» не станет этим заниматься.
Это был тупик. С какой стороны ни зайди. Хотя чему она удивляется? Если уже столько лет подобное даже мельком не всплыло наружу, то весь процесс отлажен и надежно охраняется. Интересно, а тогда в университете, когда она взломала военную сеть, могла ли она случайно наткнуться на что-нибудь такое, если бы не ушла так быстро? Маловероятно, если не искать целенаправленно.
Девушка задумчиво посмотрела на застывшее лицо КИРИ, и тут в голову пришла неожиданная мысль. Системы на базе КИРИ вошли в обиход всего пару лет назад и сразу получили огромную популярность. Все правительственные сети с поддержкой КБИТ тоже основаны на этой системе, и из-за этого было поставлено серверное оборудование абсолютно нового поколения с превосходящей мощностью, отказоустойчивостью и безопасностью. Все нынешние данные базируются именно на этих серверах. А что случилось с прошлыми? Стали бы военные утилизировать многомиллионное оборудование, хоть уже и устаревшее? Нет, оно скорее было списано и отправилось пылиться на склад. Это проверить было не так и сложно.
Эрика запустила еще несколько дополнительных программ, маскирующих присутствие, – когда имеешь дело с военными, лишняя предосторожность не помешает – и получила доступ к нужному серверу. Как она и предполагала, перечень содержимого хранилища со списанным оборудованием находился во внешней сети. Отсортировав все лишнее, она нашла то, что искала. На военном складе хранилось девять серверов старого образца. Пришлось делать дополнительный запрос, чтобы получить хоть какую-то информацию о назначении каждого из них. Оказалось, что на военное хранилище в Нью-Берне были отправлены сервера всех крупных правительственных организаций округа. Просмотрев весь список, она увидела строчку, которая ее интересовала больше всего. «Индекс: 0021123. Наименование: S140W. Принадлежит: военное управление округа Нью-Берн».
