Вне досягаемости полностью

– Не нравится мне это, – ухмыляется она. – Все твои идеи сумасшедшие, безрассудные и могут навлечь на нас неприятности.

Или сделают меня еще более известным, если какая-нибудь выходка разойдется по новостям. Именно так и произошло с парочкой моих коллег.

Черный пиар – тоже пиар.

– Ничего безумного. Просто настало время для еще одного видео.

– Ты имеешь в виду те ролики, которые мы снимали, где ты в очередной раз планируешь сделать глупость ради адреналина?

– Именно, – говорю я и расплываюсь в улыбке, которая покоряет большинство женщин и автоматически стаскивает с них лифчики.

Но на Фонтину она не действует.

Хотя когда-то давно я испытывал на ней силу своего шарма. Рад, что из этого ничего не вышло.

– Просто отлично. Притворюсь, что ничего не слышала. – Она затыкает уши.

– А что тебя смущает? Ты сама помогла мне с последним видео.

– С тем, где пытаюсь отговорить тебя от прыжков с парашютом? Вообще-то я не намеревалась сделать из тебя героя вирусного ролика, а пыталась помочь тебе остаться в живых.

Я развожу руки в стороны.

– Смотри-ка, я выжил. – Девушка закатывает глаза. – Неужели ты думаешь, что прыгать с парашютом за спиной опаснее, чем лететь в болиде со скоростью двести миль в час?

Фонтина смотрит на меня с нескрываемым скептицизмом.

– Знаешь, пора бы пересмотреть твой контракт и запретить все смертельные выкрутасы, кроме гонок.

Я одариваю ее улыбкой.

– Превосходно. Значит, мне лучше поторопиться с выкрутасами, если скоро лавочку прикроют.

Она закатывает глаза и стонет.

– Как же ты бесишь.

– Именно этого я и добивался.

Ее так легко вывести из себя.

– Только постарайся не отдать концы, ладно?

– Разве не в этом цель каждого дня? – Я пожимаю плечами, а Фонтина раздраженно качает головой.

– Увидимся позже, Риггс. И держись подальше от неприятностей.

– Обещать не стану.

Я шутливо отдаю ей честь и направляюсь к своему трейлеру, но через какое-то мгновение останавливаюсь на месте.

Мне требуется секунда, чтобы осмыслить открывшийся передо мной вид на целый стадион и гоночный трек. Люди – болельщики, сотрудники мероприятия, репортеры – все еще толпятся у трибун. Команды усердно копошатся в боксах и паддоке, забирая все, что они вложили в создание этого своеобразного лагеря, который простоит всего неделю.

Эта картина возвращает меня в детство. Я, сидящий на плечах у своего отца. Будучи совсем наивным юнцом, я стал частью чего-то настолько большого, не осознавая всю его грандиозность.

И вот я здесь, смотрю на все изнутри. Реально здесь, черт подери.

Почти достиг того, чего хотел.

Я там, где многим и не снилось оказаться. И я так близок к своей мечте. Почти ощущаю вкус победы и трепет перед новым уровнем.

Я смогу справиться с любым Харланом Фландерсом в мире, если только доберусь до вершины.

Годы в картинге. Бесконечные часы тренировок. В погоне за заветной мечтой, я откладываю свою жизнь на потом. Делаю шаг вперед, а затем два назад – почти ничего не осталось кроме душевной боли и разбитого сердца. Попрошайничество, заимствование и воровство – я прошел через многое, чтобы оказаться здесь. Чтобы с гордостью носить свою фамилию и оставаться частью этого большого мира.

Спенсер Риггс. Гонщик «Формулы‐1». Один из двадцати пилотов, кто получил подобное звание.

Это и есть моя мечта. Почувствовать рычание двигателя, ощутить жар под ногами и услышать гул взбудораженной публики воскресным днем, когда я наконец пересеку финишную черту.

Я все сделаю.

Я должен.

Ты будешь мной гордиться, папа.

Это был чертовски долгий путь, неустанная работа, но я не остановлюсь, пока не заставлю тебя мной гордиться.

«Да. Я молюсь, чтобы сезон прошел удачно, доктор Бергман».

Я не должна была услышать этот разговор. Разговор между мамой и врачом отца.

«Он борется изо всех сил, но в последнее время стресс берет над ним верх».

Она стояла у их дома, прижимала телефон к уху и говорила о чем-то вполголоса.

«Иногда ему становится лучше, иногда хуже. Все, о чем я могу просить – чтобы он чувствовал себя хорошо как можно чаще. Мне правда кажется, что победа сотворила бы с ним чудеса».

Беспокойство в ее голосе разбило мне сердце.

«Даже толика успеха улучшила бы его душевное состояние. Эти приступы депрессии и тревоги случаются все чаще. Я думаю… хороший сезон не помешал бы нам всем».

Эти пронзительные слова, через которые я почувствовала всю заботу и любовь мамы к отцу… я приняла твердое решение, даже не сходя с места.

Я противилась именно этому. Возвращению домой и встрече с демонами лицом к лицу. Неминуемо они выбираются на поверхность, хотя, клянусь, мне казалось, они давно мертвы и закопаны.