Да куда уж там. Мне явно будет не до наслаждений, пока рядом будет находиться его величество.
Глядя на то, как уверенно мажор управляет автомобилем, я понимаю, что не собираюсь доставлять ему удовольствие провести день в спокойствии. Уж точно не со мной.
— Я хочу есть, — произношу я, глядя вперёд.
И чего я ожидала? Что он проигнорирует меня или заставит замолчать? Да что угодно, но только не то, как он невозмутимо произносит:
— Хорошо, сейчас заедем в кафешку. Я как раз планировал.
Большую часть пути до кафе я кошусь на Альберта с недоверием.
— Хочешь что-то сказать? — в какой-то момент спрашивает он, видимо, устав от моего молчаливого пристального взгляда.
Я хмыкаю и отворачиваюсь к окну.
Раздается звуковой сигнал, оповещающий о новом сообщении от моей подруги.
elyyyaa: Мальцева, ты где?
malervi: В смысле?
elyyyaa: В прямом. Дина сказала, что ты пойдешь гулять с нами. Я решила зайти за тобой, чтобы мы поехали вместе, а мне никто не открывает. Как это понимать, Эрви?
Ну вот, приехали. Дина все не так поняла, и теперь мне надо объясняться Элизе. Я не могу сказать ей, что меня забрал с собой Островский. Она с ума сойдет от беспокойства. Да и в принципе с ума сойдет от такой новости. Но и других объяснений у меня не так много. Она ведь моя лучшая подруга, один из самых близких людей, и она знает обо мне всё.
По-видимому, Островский замечает моё волнение и спрашивает:
— Всё в порядке?
Я несколько раз киваю, не отрывая взгляда от переписки с подругой.
— Кто тебе пишет? — он указывает на телефон в моих руках.
— Элиза, — вздыхаю я. — Она пришла ко мне домой, но дома никого нет. Она спрашивает, где я, но я не знаю, что ей ответить, — я с надеждой смотрю на Альберта, но он не оправдывает моих ожиданий.
— Ну, я надеюсь, ты умная девочка и что-нибудь придумаешь.
Спасибо за помощь. Лучше бы я ничего ему не говорила.
malervi: Я уехала к бабушке с дедушкой в деревню. Не знаю, насколько. Может, вечером вернусь.
elyyyaa: К тебе приехать? Или что-то срочное?
malervi: Нет, просто навестить поехала. Не надо приезжать, отдыхай.
elyyyaa: Ок.
Я облегчённо выдыхаю.
— Что? Наврала своей подружке? — весело интересуется Альберт.
— Да, — признаюсь я.
— Врушка, — усмехается он, покачав головой. — Не стыдно тебе?
Я оставляю его без ответа.
С недавних пор я начала слишком часто обманывать тех, кто меня окружает: родителей, Олега, даже Элизу, которая была мне как сестра. Чувство вины меня гложет, но я обещаю себе перестать злоупотреблять доверием близких.
Единственный, кого я не могу обманывать, — это Островский. Он, словно детектор лжи, сразу считывает, вру я или говорю правду.
Хотя бы одной проблемой меньше. Элиза теперь думает, что я у бабушки с дедушкой, а значит, остальные будут думать так же.
— Выходи, — бросает Альберт, припарковавшись у известного в нашем городе кафе.
— Нет, я передумала, — отвечаю я, не глядя на него.
— Не понял.
— Я не голодна, — продолжаю я упрямо смотреть вперёд.
— Давай бегом, не вынуждай меня силой вытаскивать тебя из машины, — говорит он спокойно, но по голосу не понять, злится он или нет.
В ответ я фыркаю. Альберт вздыхает, выходит из машины и открывает дверь с моей стороны.
— И что ты делаешь? — вскидывает он брови. — Ты же знаешь, что всё будет так, как скажу я.
— На сто процентов в этом уверен?
— На двести, — хмыкает он и, взяв меня за ноги, вытаскивает из машины. А в следующее мгновение я оказываюсь у него на плече, успев только пискнуть. Парень быстрым шагом идёт ко входу и ставит меня на пол только внутри.
— Я же говорил, — смотрит на меня взглядом победителя.
— Так не честно, — возмущаюсь я. — Это запрещённый приём.
— И кто его запретил? Ты? Пошли к столу, — он слегка толкает меня и решает идти следом.
Ну сколько можно уже руки распускать?
Когда мы занимаем место за столиком у окна, Альберт подталкивает ко мне книгу в кожаном переплёте. Я слегка прищуриваюсь, глядя на него.
— Здравствуйте, — к нам приближается молодая официантка, одетая в форму кафе — белую футболку и чёрную юбку, поверх которой надет белый фартук. — Меня зовут София, я буду вашим официантом, — она скользит взглядом по мне и задерживает его на Альберте, после чего её накрашенные розовой помадой губы растягиваются в широкой улыбке. — Что желаете?
Что ж, хорошо. Раз Альберт угощает, тогда…
Я заказываю том-ям, салат «Цезарь», цыплёнка в апельсиновом соусе, кусок лимонного пирога, клубничное мороженое и молочный коктейль. Островский внимательно смотрит на меня, и уголок его губ слегка дёргается, а в глазах читается усмешка. Себе он выбирает тот же салат, что и я, и кофе.
Откинувшись на спинку стула, он складывает руки на груди и с интересом смотрит на меня. Под его взглядом становится неуютно сидеть, и я ёрзаю на стуле. Официантка уходит, не забыв напоследок ещё раз ослепительно улыбнуться Альберту.
— И ты съешь всё, что заказала? — спрашивает он с недоверием.
— Конечно.
— Если ты всегда так питаешься, то как тебя ещё не разнесло? — задумчиво произносит он, а я пожимаю плечами.
Мне часто говорят, что я много ем и при этом остаюсь худой.