Они вышли из подъезда и направились по тротуару к дому, стоящему буквально в пятидесяти метрах. Здесь, на втором этаже и жила мама Лены. Специально брали квартиру поближе, чтобы можно было отдавать ребёнка на день бабушке и спокойно работать. Дошли без происшествий. В подъезде тоже было пусто. Поднявшись на второй этаж, они увидели открытую настежь дверь.
Лена вбежала в квартиру и застыла посреди коридора глядя в комнату сквозь открытые двери зала. В небольшом зале, на застланном коричневым пледом диване сидела её мама. Руки женщины были вытянуты вдоль тела и покрыты множеством укусов, приходящихся в основном на вены. Глаза были закрыты. Она не дышала.
Лена, громко всхлипнув закрыла рот правой рукой и попятилась, совершая в воздухе странные круговые движения левой. Серый подскочил, подхватил под локти, усадил на деревянную тумбочку в коридоре и только тогда посмотрел в зал и увидел. Труп был свежий. Кровь ещё сочилась из ран, но уже не бежала потоком. Просто делало своё дело гравитация. Сердце уже не гнало железистую жидкость по организму. Он прошёл в зал, сдернул покрывало с соседнего с диваном кресла и накрыл тело. Он развернулся к Лене, чтобы увести её из квартиры. Уже начал придумывать речь, чтобы её убедить, но не понадобилось.
Внезапно в и без того тихой квартире наступила мёртвая тишина. Было ощущение, что даже кровь в висках биться перестала. Ни шороха, ни звука. Это длилось не дольше трёх бесконечно долгих секунд. И потом пришла Волна. Она была мощной, накрывающей всё и всех. Проникающей внутрь тела, мозга, самой души. Волна, состоящая из эмоций радости, страсти, возвышенных мечтаний и низменных желаний, силы, перерождения.
Волна ударила резко. Так сильно что задрожали и подкосились ноги, и Серый упал на колени на старый ковер со старомодными цветами по краю. Угасающим сознанием он поймал картину того, как заваливается на бок сидевшая на тумбочке Лена.
Секс-гиганты неудачники
Это не игра, не твоя игра
А жизнь, где больше нет правил
Это не игра, не твоя игра
Мечты, что в прошлом оставил
Всё чертишь свой порочный круг
И не можешь пройти за его черту
Словно взрыв, ярость
И вокруг лишь осколки грез
Что с тобой стало?
(с) Гран-КуражЪ «Это не игра»
В цеху, где проснулись неудавшиеся секс-гиганты — Арслан и его друзья, никакой одежды не нашлось. Пришлось выходить на улицу в резиновых комбинезонах на голое тело. Без обуви было совсем тяжко. Раскрошенный бетон на полу цеха и густо поросшая сорняками земля вокруг бывшего завода, усеянная мусором и битыми стёклами, были не самым приятным путем. Ребята вышли к железной дороге, как и предполагал Арслан. По путям они направились в сторону стоящих вдали многоэтажек. Они постоянно оглядывались вокруг, но ни людей, ни машин на трассе в небольшом отдалении от железки не было ни видно, ни слышно. Стояла странная тишина, только несколько раз в траве в нескольких метрах от путей что-то прошуршало. Видимо какая-то птица или крысы.
Парни шли в молчании. Ещё трещали непослушные головы, да и тела не особо дружили сейчас с хозяевами. До цели оставалось всего метров сто, когда Рубик нарушил молчание.
— Что мы делать то будем? Ну придём сейчас и что?
— Будем ломиться в двери, пусть объясняют, что за херня и вещи отдадут! — Буркнул Эмир.
— А если соседи вызовут милицию? — Не унимался Рубик.
— Ну и что? Они с нами какую-то дичь сотворили, отравили чем-то. Пусть менты и разбираются, — раздраженно ответил Эмир.
Арслан вдруг резко остановился и задумчиво сказал:
— А ведь правда, нас в таких костюмах «примут», и мы не докажем, что это девки нас напоили. Папа меня то вытащит, а вот насчет вас, ребята, я не знаю.
— Ну сдадим кровь на экспертизу, в баночку пописаем, там же покажет, чем нас траванули, — с надеждой сказал Мара.
— А ты как докажешь, что ты не добровольно в себя это пихал, ещё и не сам с собой принёс? Девок за проституцию может посадят, а то и просто отпустят, а мы потом не отмоемся, — рассудительно заявил Арслан.
Они все дружно сели на рельсы и задумались. Горячий металл жёг кожу через резину, но они этого не замечали. Сидели — думали — обсуждали. Только Азат как-то странно смотрел перед собой и не участвовал в дискуссии.
— Нет! — Внезапно произнес он, прерывая очередную реплику Рубика.
— Чего нет? — Удивлённо спросил Эмир.
— Поездов нет, — ответил он.
— И что? — Не понимая спросили ребята почти хором.
— Тут всё время ходят поезда. Грузовые часто. А сейчас ни одного не было. Сколько мы идём, и сколько здесь сидим. Ни одного!
— И что? Не время значит. Позже пойдут. Ты что, всё расписание знаешь наизусть? Ты в Оше всю жизнь прожил.
— Да, но что-то тут не так! — Упорствовал Азат, — Машин не слышно, люди тут тоже шарахаются иногда, ты же сам рассказывал, сейчас никого.
— Выходной, — отмахнулся Арслан.
Азат только отрицательно покачал головой, но продолжать спорить не стал.
— Ребят, я одну вещь сделать забыл, нужно вернуться на завод.
— Да за каким хреном, Аза! — Возмутился Арслан.