– Там ящики, а на них… вы поняли, да? Интим среди социалистического овощеводства, очень концептуально.
Сергей вновь посерьёзнел, поглаживая подбородок:
– И правда, интересно. Антураж готов, реквизит под рукой. Лишь бы крысы не бегали под ногами.
Ольга улыбнулась, покачав головой:
– Тогда нужно больше ламп, иначе интим при тусклом свете Ильича будет так себе.
Смех вновь заполнил комнату. Михаил удовлетворённо откинулся на стуле:
– Завтра поеду договариваться с Владимиром Фёдоровичем лично. Думаю, коробка финского кофе, армянский коньяк и регулярный просмотр наших фильмов сделают своё дело. Глядишь, студия и появится.
Сергей кивнул и снова потянулся к деньгам:
– Название придумай сразу, чтобы рекламировать проще. Например, «Овощной роман» – двойной смысл и пикантность. Народ потянется.
Весёлое обсуждение прервал звонок в дверь. Все сразу притихли, переглядываясь напряжённо, словно школьники, застигнутые врасплох.
Михаил поправил воротник рубашки, неторопливо встал и пошёл открывать. На пороге стояла молодая девушка, тревожно переминаясь с ноги на ногу и глядя на Михаила широко распахнутыми глазами.
– Здравствуйте… Я от Фрола Евгеньевича. Он сказал, у вас пробы… в кино.
Её звали Елена Сидорова. Женщина яркая, природно-привлекательная: зелёные глаза, каштановые волосы, аккуратно зачёсанные назад, простая, но изящная одежда. В ней соединились внутренняя сила и ненавязчивая женственность, не выставленная напоказ, а будто случайно проявляющаяся между делом.
Двигалась она спокойно и уверенно, словно уже бывала здесь раньше, хотя фамильярности себе не позволяла. Говорила прямо, дипломатично, слегка иронично, как будто скрывала за этой лёгкой усмешкой усталость и накопленное годами разочарование. В её взгляде мелькнул профессиональный навык быстро оценивать мужчин, будто Елена уже привыкла к чужим взглядам и знала, как считывать их намерения. Не пытаясь понравиться, она притягивала взгляд сильнее любой наигранной позы.
Михаил тепло улыбнулся, жестом приглашая её войти, и произнёс с едва заметной иронией:
– Конечно, проходите. У нас тут творческое совещание. Присоединяйтесь, мы вам рады.
Осторожно переступив порог, девушка старалась не задерживать взгляд на разбросанных купюрах и удивлённых лицах новых знакомых. Михаил закрыл дверь, и квартиру вновь заполнил гул голосов и смеха, словно её появление дало старт новому приключению.
Девушка на мгновение замялась, неловко улыбнулась и негромко произнесла приветствие, будто не хотела тревожить общее веселье, или же вовсе собиралась развернуться и уйти. Но Михаил уверенно закрыл за ней дверь, отрезав пути к отступлению. Катя, уловив её замешательство, ласково указала на свободный стул рядом:
– Присаживайтесь, не стесняйтесь. У нас тут почти семейная атмосфера. Только дядя Серёжа деньги прячет, а так – все свои.
Елена села осторожно, поправила юбку и аккуратно сложила руки на коленях. Михаил с видом хозяина торжественно представил её компании:
– Друзья, это Елена Сидорова. С этого момента утверждаю её на роль секретарши Верочки в нашей грядущей картине по мотивам «Служебного романа». Поздравим!
Компания взорвалась дружными аплодисментами, будто вручалась награда на тайном кинофестивале. Елена смущённо улыбнулась и слегка покраснела от такого приёма. Ольга с ироничной ухмылкой наклонилась к Михаилу и спросила:
– С секретаршей понятно. А кто же исполнит роль Людмилы Прокофьевны? Только не Катя – слишком молода для начальницы.
Михаил слегка удивлённо приподнял бровь, затем внимательно посмотрел на Ольгу и улыбнулся с тонким прищуром:
– Тут даже обсуждать нечего. Оля, ты – единственная женщина, которая сможет убедительно изобразить начальственную строгость, скрывающую пылкую страсть. Людмила Прокофьевна – это ты, без вариантов.
Ольга распахнула глаза, будто такая перспектива была неожиданной, но уголки её губ тут же дрогнули в улыбке. Она поправила волосы и с притворным сожалением вздохнула:
– Конечно, Миша. Кто ещё сыграет суровую начальницу, мечтающую о любви на рабочем месте? Видимо, я слишком часто хмурюсь при твоём появлении.
Очередной взрыв смеха не дал Михаилу возможности ответить, и комнату снова наполнил весёлый шум. Однако вскоре веселье стихло, уступив место лёгкой задумчивости. Тишину нарушил Алексей, задумчиво постучав пальцем по столу:
– С Верочкой и Людмилой Прокофьевной разобрались. А кто будет Новосельцевым? Персонаж-то ключевой, не поручим же его кому попало.
Сергей, продолжая машинально перебирать деньги, пробормотал что-то невнятное, а Катя задумчиво водила пальцем по скатерти, будто решая судьбу кастинга. Вдруг лицо Алексея озарилось восторгом:
– Подождите-ка… У меня есть кандидат! Мой бывший учитель истории, Дмитрий Андреевич Тюрин. Он идеально подходит: возраст, кроткий характер, советский интеллигент – чуть помятый, но очень настоящий.
– Учитель истории? – прищурился Михаил. – Лёша, ты уверен, что он потянет такую роль?
Алексей решительно отмахнулся от сомнений:
