– Очень необычно, – ответила она мне серьезно. – Туда ведет один вход, который представляет собой лабиринт. В нем есть окна, но они расположены таким образом, что вы не понимаете, где вход, а где выход. Как говорит Учитель, это очищающая стадия, задуманная таким образом, чтобы человек отринул привычные земные координаты. Потом появляется первая лестница, которая ведет в башню – там находится главный зал и алтарь. Никаких жертвоприношений, – замахала она руками. – Просто на алтаре в особом порядке размещаются магические символы, помогающие Учителю открыть врата измерений. Насколько я знаю, за алтарем есть еще одна лестница, ведущая к вершине башни. Но подниматься по ней может только Учитель, к тому же, когда я там была, башня была еще не достроена.
– Понимаете, – продолжила Мириам после паузы. – Я хотела рассказать Луэлле всю правду, но Скотт заявил, что я ничего не могу доказать, а Учитель… то есть мистер Торн может подать на меня в суд за клевету, если вдруг Луэлла решит что-то напечатать. Но я подумала, что стоит… предупредить вашу подругу. Хотя, если ей там не понравится… Или, может, не все так восприимчивы к этому наркотику. Например, мисс Латимер выглядела вполне здравомыслящей. Я не ожидала, что она так быстро покинет общину. И эта ее жуткая смерть от рук какого-то грабителя…
Похоже, мысли у Мириам путались из без воздействия субстанций. Она поболтала еще пару минут, а потом отчалила – надеюсь, навстречу счастливой жизни в роли жены врача в Балтиморе.
Я поднял телефонную трубку и позвонил Габи в больницу. Там мне сказали, что она отпросилась со смены пораньше и взяла отгул по семейным обстоятельствам. Тогда на набрал ее домашний номер. Никто не взял трубку.
Я не представлял, что могу еще сделать. Бежать в контору к Кастерсу и угрожать? Позвонить в полицию? И какие у меня обвинения? Честно говоря, я вообще не понимал, почему так боюсь. Хорошо, как я и предполагал, бывший гениальный архитектор спустя много лет превратился в банального религиозного мошенника. У него достаточно харизмы и приобретенных знаний, чтобы привлечь слабых духом последователей и слегка подстегнуть их воображение наркотиками. Обычная схема, я бы сказал, привычная для Калифорнии. И что они могут сделать с Габриэлой в самом худшем случае? Одурманить ее и заставить подписать какие-то бумаги против ее воли. Но все это не имеет ни малейшего смысла.
Я снова взялся за телефон и позвонил в контору Диего Мартинеса, адвоката Габи, через которого мы и познакомились. К счастью, хоть он был на месте. Оказалось, что моя невеста уже успела поставить Мартинеса в известность, что собирается встретиться с отцом.
– Дуг, спасибо, что все устроил, – закричал адвокат в трубку. – Я с самого начала говорил мисс Тернер, что ей надо привлечь тебя.
– Все не так просто, Диего.
Я обстоятельно рассказал ему все, что удалось выяснить о возвращении Габриэля Торна, общине «Собранный путь», офисе Кастерса, а также о сомнительных ритуалах в храме.
– Странно все это, – прокомментировал Диего. – Ты говоришь, он и так очень богат. Я проверял, когда писал письма адвокатам Торна. Этот «Собранный путь» является некоммерческим фондом, содержится на его собственные средства. Они даже не получают пожертвований. Я не вижу особых возможностей для мошенничества. Может, Торну просто нравится играть в духовного наставника? Не вижу ничего плохого в том, что мисс Тернер съездит в общину и попытается поговорить с отцом. Если они попытаются ее как-то одурманить или загипнотизировать, чтобы отказаться от своих притязаний, я всегда могу оспорить это в суде. Но ума не приложу, зачем бы это понадобилось Торну.
Я попросил Диего еще раз проверить все возможные финансовые данные на Габриэла Торна, его семейное состояние и общину «Собранный путь». Даже самый внушительный фасад может оказаться лишь умелой декорацией. Я вспомнил об «избранных» последователях, их персональных сеансах с Учителем и предположил, что деньги могли выманиваться каким-то иным путем, а не только в форме пожертвований. В таком случае заманить Габриэлу в общину, промыть ей мозги, а затем как-то выманить наследство ее матери мне представлялось вполне реалистичным планом.
В дверь постучали, а затем в мой кабинет величественно вплыла мисс Пиблз. В руках у нее был увесистый конверт.
– Я говорила, доставили сегодня на ваше имя.
Рассеяно швырнув конверт на стол я продолжил размышлять. Если кто и в курсе делишек Торна в общине, то это наверняка Джереми – он же брат Иеремия, его первый ученик, по-хозяйски распоряжающийся в офисе Кастерса. Он сам предложил Габи приехать в «Собранный путь». Откуда вообще взялся этот Джереми Лэнгхорн?
