Пока шли, подгоняемые порывами ветра, к воротам парка подлетел УАЗ оперативноследственного отдела. Задняя дверца отворилась, нетерпеливый Колька Оленшайнц заорал:
— Э, гуси, гребите лапами энергичнее! Я думал, вы давно здесь!
Пришлось пробежаться. Сергей и Филиппов втиснулись на заднее сиденье — УАЗ сорвался, помчал, включив для смеха сирену и мигалки.
Когда неожиданно УАЗ вылетел к Дворцу спорта, Сергей посуровел — он уже догадался, кто убит. Сашка толкнул его локтем. Сергей кивнул.
Попали в здание через центральный вход. По узким темным коридорам прошли куда-то вглубь, и здесь Сергей сориентировался — тут они уже были, ведомые Демоном. Да, вон каморка, где их принимал Вася Белый. Но Оленшайнц шел дальше. Он завернул в просторную раздевалку. Тут уже были медики, дядя Алеша и дежурный следователь, участковый инспектор, испуганные сотрудники стадиона, обнаружившие тела.
Глазам предстала ужасная картина. На полу лежал крепкий русский мужик лет пятидесяти, в рубахе и носках, но с голыми ногами. Его закостенелый член пронзал лоно шоколадной мулатки, безвольно лежавшей на нем, а сверху, завершая позицию «сэндвич», заваленным кабаном, громоздился Вася Белый. Он был в футболке и без трусов — могучий член Васи покоился в анусе девицы.
— Одной пулей всех, — констатировал Апостолов. — Вон оттуда, из верхнего окна — видишь дырку от пули в стекле.
— Это Принцесса! — воскликнул Сашка, тыча пальцем в труп девицы, и пояснил дяде: — У нее папа — король одного из племен на острове Занзибар.
— Знаю, — сказал Апостолов. — Убийство произошло в семь утра, сейчас — десять. Три часа назад.
— Почему не убрали трупы? — спросил Сергей.
— С видеокамерой прокол, а надо все снять. Колька вот лишь новую камеру привез.
— На смартфон бы сняли.
— Не положено.
— Когда нам сообщили о тройном убийстве, мы опознали убитых. Верхний — Василий Попов, служащий стадиона, он же Вася Белый. Тот — директор пивзавода Архипов. Подумали, может, разборки коммерческие? А потом всплыла эта Принцесса. У нас с ФСБ отличные неформальные отношения, ребята нам сообщили — позавчера в Степноград прилетели четыре гражданина Танзании, подданные короля Кайсуяра с острова Занзибар. А сегодня, в восемь утра, они благополучно отбыли на родину. Кто-то сообщил королю о нравственном падении его дочери. Вот финал.
Сергей не стал больше задерживаться на месте расправы, пожал Апостолову руку.
— Спасибо, дядя Леша, только я не вижу никакой связи между этим убийством и смертью Кости Игрока.
— Нет так нет. Думал, это тебе поможет.
Когда обратно шагали домой по сырой улице, Филиппов мрачно сказал:
— Это ты дал знать папаше-королю о падении дочери. Ты попросил Матвеева отослать телеграмму, отвалил за нее бешеную зелень — я помню!
— И что?
— Ничего. Как я говорил — тебе видней… И что ты сообщил?
— Коротко: «Честь короля в опасности».
— И обратный адрес, — добавил Филиппов. — Странно, что они не вывезли Принцессу.
— Видимо, мафия ее держала в жестком обороте. Они выбрали единственно возможный вариант.
— А Маус и Хавьер, как с ними? У Вазелина еще много боевиков.
— Не торопи меня.
— Ты правда хочешь взорвать мафию изнутри? Рехнулся? Африкан, если узнает, что мы причастны к этому разгрому, вырежет нас в полсекунды. Шкуры с живых снимет!
— Не ссы. Ты племянник полицейского — неси свою родственную честь с гордостью! Нашел кого боятся — самого жестокого авторитета нашего города!
— Тебе еще смешно! — поразился Филиппов неожиданному спокойствию Сергея. Обычно всегда было наоборот. Он ляпнул обиженно: — Сдохнем из-за твоей глупости! По-другому надо было!
— Как по-другому? Научи!
— Может, рыбу купим? — вдруг отвлекся Филиппов. — Пожарим дома. Камбала вон.
Рыбу продавали с передвижного холодильника, установленного на автомобильном прицепе, под ярким пологом. Тут же была автобусная остановка.
Когда Сергей с Сашкой стали переходить дорогу, чтобы совершить покупку, их подрезала бывшая «десятка» Демона — в ней теснились амбалы-боевики, за рулем бычился Маус.
— Что менты говорят о смерти Васи Белого?
Сергей перепугался от неожиданности — сердце екнуло, он секунду приходил в себя, глядя в наглую, самоуверенную физиономию Мауса.
— Спишь, что ли? Мы вели вас от самой квартиры. У тебя много друзей в ментах… Не нравишься ты мне… Скользкий угорь… Смотри, удавлю, если… Говори.
Сергей, ощущая неприятную робость перед злодеем Маусом, хрипло отозвался (перед глазами все еще стояла расправа Мауса над торговцем Сергеем за гаражами и пытки Крольчонка):
— Белого убили из-за Принцессы. Король узнал.
— Всегда говорил Ваське, что он дурак… связался с настоящей принцессой… Почему тебя менты позвали во Дворец спорта?
— Демон тебе все расскажет.
— Не свисти здесь! Демона нет в городе! И Вазелина нет! Пока их нет, в городе главный я!
— Куда они делись?
— Не кривляйся. — Маус говорил отрывисто, агрессивно. — Не воображай много о себе. Ты клоп, вошь. Ты — никто!
О чем-то думая, Маус покачал головой и смягчился. Сказал с улыбкой крокодила:
