Внутри убийцы полностью

– Серийный убийца. Я думаю, он – тот человек, который бальзамировал девушек.

– Откуда вы его знаете?

Зои несколько секунд молчала, глаза ее медленно закрывались.

– Он убил трех женщин в Мейнарде. Давно.

– В девяносто седьмом году, – сказал Тейтум, ему было нехорошо.

– Верно.

Мартинес посмотрел на него:

– Так вы знали?

– Я… – Грей замешкался. Он не был уверен, что именно знает. – Я думаю, она пыталась рассказать мне об этом.

– Почему вы поехали на Саганешки-Слаф? – спросил Мартинес.

– Я хотела увидеть место, где убили Памелу Вэнс.

– Кто такая Памела Вэнс? – почти хором спросили Тейтум и Мартинес.

– Другая жертва. – Зои явно теряла фокус, ее веки опустились.

– О’кей. – На них надвинулась медсестра. – Этого достаточно. Вы сможете поговорить с ней завтра утром.

Тейтум вышел из палаты, волоча за собой ноги, будто к ним были привязаны тележки с камнями. Она говорила ему о Гловере, а он отмахнулся… За это время он слишком много раз принижал значение ее слов, и она решила поехать и проверить сама. И ее чуть не убили. Его ошибка.

– Агент Грей, – произнес сзади Мартинес; голос резкий, холодный.

Остановившись, Тейтум обернулся.

– Да?

– Вы говорили, что ничего об этом не знаете.

– Я не знал… она начала мне рассказывать… Серийный убийца, который убил трех девушек в городке, где она выросла. И я не стал слушать.

– И она не сказала нам, – продолжил Мартинес. – И пострадала.

– Да.

– Рассказывайте все, что знаете.

Тейтум рассказал ему все, что мог припомнить из того разговора в ресторане. Вышло не много.

– О’кей, – заключил лейтенант. – Я приеду завтра, чтобы расспросить ее подробнее. И с этой минуты вы оба больше не работаете по делу.

– Что? – потрясенно спросил Тейтум. – Но мы…

– Вы вели собственное расследование. Как я и думал. Жизнь доктора Бентли оказалась под угрозой, и отчасти это произошло потому, что вы своевременно не поделились информацией.

– Погодите…

– Агент, мы закончили. Продолжим разговор завтра.

Зои не могла припомнить Манкузо в такой ярости, когда в понедельник они вошли в ее кабинет. Глава подразделения мерно дышала – вдох носом и медленный выдох, – смотрела на них обоих и ничего не говорила. Зои была практически уверена, что Манкузо считает про себя, и задумалась, до какого числа та уже дошла.

Они сели у стола шефа. Тейтум выбрал правый стул осужденных; на его лице была маска искупления, смешанного с вызовом, – ловкий фокус. Зои села слева, поморщившись, когда швы на бедре отозвались болью. Заодно она получила легкое сотрясение и швы на шее; рану на плече заклеили. Вдобавок у нее был здоровенный фингал под глазом. Стоило ей сделать неосторожное движение, как начинало болеть сразу все. Вчера вечером, перед их вылетом в Чикаго, какая-то женщина подошла к ней в аэропорту и протянула листовку: убежище для женщин, пострадавших от домашнего насилия. Заодно она испепелила взглядом Тейтума, вероятно, сочтя его супругом Зои.

– О’кей, – сказала Манкузо, ее голос был выверенным и сдержанным. – Я только что закончила читать обширные отчеты, которые вы оба прислали мне, равно как и короткое злое письмо, полученное от лейтенанта Мартинеса. И одну строчку от шефа полиции Чикаго.

Зои опустила взгляд, уставилась на руки. Ее отчет был длинным и сухим перечислением того, где она облажалась. Не поделилась своими подозрениями ни с полицией, ни с напарником. Не сообщила им о трех конвертах, оставленных на местах преступлений. Отправилась в одиночку изучать место преступления. Не заметила слежку. По этим причинам Гловеру и удалось бесследно исчезнуть.

– Полиция Чикаго и ФБР согласились ничего не сообщать прессе о вашем провале, поскольку жители сейчас очень нервно относятся к любым новостям об этом убийце, – и поскольку мы хотим создать хотя бы видимость компетентности.

Тейтум откашлялся, будто собирался что-то сказать, но Манкузо подняла бровь, проецируя угрозу эпических размеров.

– Разумеется, мы оба, то есть ведущий дело лейтенант и я, хотели бы знать, почему вы скрыли критически важную информацию по делу. Ни один из ваших отчетов не объясняет причины такого решения.

Зои нервно поерзала.

– Я…

– Сначала эта связь показалась притянутой за уши, – ровным голосом произнес Тейтум. – Доктор Бентли начала рассказывать мне, но я убедил ее, что данная теория не имеет ценности. Сейчас я понимаю, что мне следовало привлечь полицию Чикаго.

– Погодите, – выпалила Зои. – Это не…

– Чертовски верно, следовало! – Манкузо врезала кулаком по столу; рыбка за ее спиной в ужасе заметалась, ища укрытие. – Я говорила вам, агент Грей: ваши ковбойские штучки в этом подразделении не пройдут.

Зои попыталась вмешаться:

– Шеф, это я…

– Простите, шеф, – громко сказал Тейтум, заглушив Зои. – Я думаю, будет правильно, если меня отстранят от этого дела.

– Нет никакого чертова дела! – Манкузо едва не кричала. – Полиция Чикаго больше не хочет нашей помощи. Лейтенант Мартинес исчерпывающе выразился на этот счет.

– Но мы добились такого прогресса, – пробормотала Зои. – Мы можем…