— Я понимаю, что удивил вас. Но ладно… Все равно, вам лучше узнать это от меня.
— Я вас внимательно слушаю.
— До недавнего времени я думал, что Кармелита моя родная дочь. Растил ее, воспитывал, как мог…
Баро замолчал. Трудно ему было говорить обо всем, что произошло.
— Пожалуйста, продолжайте, я вас внимательно слушаю.
— Когда Кармелиту похитили, я узнал, что моя настоящая дочь умерла при родах. "И жена тоже. Я же воспитывал чужого ребенка. Но, как бы там ни было, я все равно ее люблю…
— Кто же настоящий отец моей будущей невестки?
— Местный бизнесмен. Его фамилия Астахов. Алла присвистнула не по-женски:
— Астахов… Надо же, мы с ним знакомы. Очень милый человек! Мы встретились случайно в ресторане. Его столик очень удачно оказался свободным… Но странно, почему же он мне ничего не сказал, хотя знал, что я мать Максима?
— Вы знаете, Астахов очень благородный человек. И к тому же… Это такой непростой разговор.
— Да? Объясните мне, пожалуйста, я никак не могу сообразить, в чем же его благородство?
— У нас была договоренность, что только я могу говорить о том, кто ее отец.
— Странно, а сама девочка в курсе?
— Конечно.
— Понятно, — проговорила Алла вполголоса. — Ласковый теленок две матки сосет…
Нет, это уже слишком, будь ты даже хоть сто раз мать Максима.
— А теперь, Алла, простите, но я вынужден вас оставить. Мне как раз необходимо встретиться с Астаховым…
Поняв, что Аллу никак не вытуришь, Баро сам направился к двери.
Алла осталась сидеть на прежнем месте.
— Хорошо, идите, идите. А я, пожалуй, дождусь Кармелиту.
Зарецкий скрипнул зубами. Ей что же, очевидные вещи нужно объяснять, что неприлично оставаться в кабинете, если его хозяин уходит?!
— Да, конечно, Алла, но только вам лучше подождать там, в гостиной, в кабинет Кармелита все равно не придет.
Алла поспешно встала. С улыбкой вышла из кабинета.
После ухода Люциты и Степана Миро с Максимом вышли во двор, присели на скамеечку. Долго сидели молча. Все ждали, что вернется Кармелита. Однако время шло, а ее все не было.
Максим не выдержал, заговорил первым:
— Слушай, Миро, ну что сидеть просто так? Надо что-то делать, нужно искать Кармелиту!
— Не спеши… — спокойно сказал Миро. Недолгое пребывание в роли вожака табора сделало его более спокойным, выдержанным.
— Как это "не спеши"?! Ты не понимаешь, что происходит?!
— Нет. А что происходит?! Ты знаешь?! Я — нет! Ты предлагал во всем разобраться?! Вот давай разберемся…
— Давай разберемся. Какие есть предложения?
— Поразмышляем вслух. Кармелита при всех отказывается подтвердить очевидное, что Удав — это Форс. Из-за этого рее подозревают Рыча…
Получается, кроме слов Кармелиты, у следствия нет улик против Форса?!
Максим не сразу переварил все сказанное.
— Да, похоже на правду. Ну, если так… Значит, надо идти к следователю. Точно! Я иду к следователю. А ты идешь к следователю?
— Да, пожалуй… Да… Идем к следователю!
— Пойдем!..
"К следователю!" — хотел тонко сыронизировать Миро, но понял, что это будет слишком уж несерьезно для нынешней серьезной ситуации.
В милицейском отделении Миро задержался возле стенда с фотографиями преступников в розыске. Лучше бы он этого не делал! Потому что со снимков, ухмыляясь, на него смотрели наглые рожи Руки и Лехи, Миро разом утратил всю свою выдержку.
— Макс! Макс! Иди, посмотри!
Максим подошел поближе к стенду. Миро указал ему на фотографии. Орлов остолбенел:
— Ничего себе! Вот елки-палки! Они что, на свободе?!
— Да. Тут написано: "Сбежали".
— Отлично! Вот наша доблестная милиция! Здрасьте вам, пожалуйста! Как они будут ловить бандитов, если за решеткой просто удержать не могут!
— Значит, убийцы моего отца снова на свободе?! — мрачно сказал Миро. — Правду в старину говорили: "Месть чужих рук не терпит". Ладно. Но я этого так не оставлю! Пойдем-ка!
В кабинет Солодовникова Миро вошел без стука. Максиму ничего не оставалось, как пройти вслед за ним.
Солодовников внимательно посмотрел на вошедших. Хорошо знакомые персонажи. Он внимательно прочитал все, что было написано о них в предыдущих делах. Горячие ребята. Честные. Предсказуемые. Такие могут быть полезными в любом деле. Ими легко играть, передвигая, как фигурки на шахматной доске.
— Господин Милехин. Господин Орлов. Проходите. Чувствую, вы хотите помочь народной милиции в ее нелегкой работе…
— Да мы вам уже помогли. Мы этих подонков принесли на блюдечке с голубой каемочкой! Почему же они сейчас висят на стенде "Их разыскивает милиция"? — Максим постарался опередить Миро, потому что боялся, что тот в гневе может погорячиться. Но и эти слова прозвучали слишком резко. Поэтому Ефрем Сергеевич сразу осадил зарвавшегося юнца.
— Не паясничайте, Орлов… Я понимаю, о ком вы говорите. Им удалось бежать.
— И вы вот так спокойно об этом говорите?! — Миро старался держать себя в руках.
— Но ведь это же… Это не какие то карманники автобусные! На них убийство! — подхватил Максим.
— Так. Молодые люди, давайте без лишнего пафоса, — устало сказал Солодовников. — Я возмущен не меньше вашего. Но ошибки случаются у каждого.
Так уж получилось. А беглецов мы найдем, только подождите немного.
