И знаешь, хоть мы с тобой и не можем считаться кровными родственниками, но я чувствую, что мы с тобой очень близки. Ты удивительный и гениальный человек, который даже во многом похож на моего сына, а потому, мне вдвойне обидно видеть то, что с тобой сотворил Виктор и в кого он тебя превращает”.
“Ну, я бы не сказал что это плохо. Ведь именно благодаря его, единственно верному воспитанию, я могу назвать себя, спокойным, умным, ответствен…”
“Хочешь? Ты хочешь узнать всю правду о своём отце? Почему он тебя так воспитывал и от всего ограничивал?”
“Но я ведь знаю ответ. Ради того, что бы я не связался с плохими компаниями, был вежлив, интеллигентным ради того, чтобы в будущем найти работу и помогать родителям” — уверенно произнёс Евгений.
“Это лишь половина причины, по которой он так с тобой поступил. А потому, слушай меня внимательно и готовься услышать всю правду.
Я и Виктор жили в одной деревне недалеко друг от друга. Жили мы не богато, но и сказать, что мы бедствовали тоже нельзя. Начала девяностых годов. Неудачные государственные реформы, тяжёлый экономический кризис и повсеместное разочарование в социалистической системе, привели к распаду советского союза и образовании на его территории пятнадцати суверенных государств. Как мне рассказывал мой отец, откуда он сам про это узнал, ему рассказал его старых товарищ, который собирается переехать в Германию по программе “возвращения этнических немцев на свою родную землю”, или же “репатриация”.
Когда он вернулся домой, то он обо всём рассказал моей маме, та, которая в свою очередь, в первое время была категорически против данной инициативы. Но после трёх дней раздумий и всеобщего осмысления, так как устав терпеть прежде всего постоянный товарный дефицит, она поддержала идею отца по данному вопросу и скорейшему переезду в ФРГ.
Мне тогда было только 17 лет. Естественно, я слышал и понимал все намерения своих родителей, и по данному вопросу я их категорически не приветствовал.
На дворе стояла середина декабря 91-ого года, и тогда я задавался себе вопросом: “Зачем нам куда-то переезжать?”. “Да, страна на данный момент находиться в не самом лучшем состоянии, но и трудности ведь рано или поздно должны пройти, и всё будет как раньше” — говорил я тогда самому себе, убеждая себя в собственной правоте.
