— Видите ли, иногда на месте преступления живо ощущаешь все, что там произошло. Чувствуешь злость, ненависть, страх, боль. Их чувствуешь, как витающий в воздухе запах. А здесь я ничего не почувствовал. Вероятно, убийца тоже ничего не чувствовал. Он просто выполнял заказ, делал свою работу, как мы с вами или тот почтальон, вместе с которым вы обнаружили трупы. Кроме того, убийца знал свое дело. Он умел убивать. Он ничего не боялся и не отличался алчностью. Ему было важно только сделать свое дело. Согласны?
Кауэрт кивнул.
Усаживаясь за руль, лейтенант Браун обратился к журналисту.
— В этом доме нет ничего, что однозначно указывало бы на то, что это был Фергюсон. Однако убийца позаботился о том, чтобы аккуратно сложить одежду, и ловко обращался с ножом, а мы с вами хорошо знакомы с одним мастером им орудовать.
Покинув острова архипелага Флорида-Кис и миновав оставшуюся часть округа Монро, Браун и Кауэрт оказались в округе Майами-Дейд, где журналист сразу почувствовал себя как дома. Они проехали мимо огромных указателей, направлявших туристов в Долину акул и в национальный парк Эверглейдс, и двинулись в сторону Майами. На полпути детектив предложил где-нибудь перекусить. При этом от гамбургеров лейтенант решительно отказался и не стал останавливаться до тех пор, пока они не доехали до городка Перрин, где Браун свернул с шоссе и поехал по каким-то убогим улочкам с выщербленным асфальтом. Кауэрт разглядывал дома по обе стороны дороги — маленькие квадратные одноэтажные сооружения из шлакобетонных блоков, с узкими, как бойницы, щелями жалюзи на окнах и плоскими красными черепичными крышами, украшенными телевизионными антеннами устрашающих размеров. Так называемые лужайки перед домами представляли собой пятачки бурой земли, из которой торчали пучки сорняков. Автомобили здешних обитателей стояли на вечной стоянке — без колес, в окружении груд ржавых железяк. Кое-где в пыли копошились ребятишки, все они были чернокожими.
— Вы когда-нибудь бывали в этих местах, Кауэрт?
— Конечно.
— Наверняка вас посылали в качестве репортера на место преступления?
— Совершенно верно.
— Не сомневался: здешние дети не добиваются стипендий для учебы в колледже и здесь не попадаются образцовые родители.
— Ошибаетесь, мы здесь и таких встречали.
— Но, наверное, довольно редко.
— Да.
— А ведь во Флориде сотни таких мест, а может, тысячи, — подытожил Браун.
— Каких «таких»?
— Ну, где люди живут на грани нищеты. Трудно даже определить, к какой категории относится местное население. Наверное, это поселения чернокожих, которые так и не добились современного благосостояния, но и не оказались за чертой бедности и не были расселены. В семьях, живущих в этих домах, работают и муж и жена. Только оба зарабатывают копейки. Например, муж работает на городской свалке, а жена — посудомойкой. И тем не менее здесь они нашли свое воплощение американской мечты — у них есть дом, их дети ходят в местную школу. Они прекрасно себя здесь чувствуют, потому что не собираются хватать с неба звезд. Они просто хотят жить как живут и надеются, что со временем их жизнь станет хоть чуточку лучше. У них тут чернокожий мэр. Городской совет тоже состоит из чернокожих. Начальник полиции тоже наверняка такой же чернокожий, как и десять его подчиненных.
— Откуда вы знаете?
— Видите ли, время от времени меня отправляют в командировки. Я ведь считаюсь перспективным полицейским и занимаю должность начальника убойного отдела всего округа Эскамбиа. Наверное, полицейское начальство штата Флорида меня не очень хорошо знает, но все-таки кое-что они обо мне слышали. Поэтому иногда меня посылают в разные места, особенно в такие, как этот Перрин.
Они миновали еще несколько кварталов, и Кауэрт поймал себя на мысли о том, что земля здесь выглядит бесплодной. А ведь на юге Флориды все растет как на дрожжах. Достаточно не обработать какой-нибудь кусок земли, как на следующий год он весь покрывается лианами, папоротниками и травами. В Перрине все было не так. Земля здесь напоминала сухую пыль, как, например, в Аризоне, или в Нью-Мексико, или где-нибудь еще на юго-западе США. Перрин больше напоминал пустыню, а не болото…
Браун вырулил на широкий бульвар и наконец остановился напротив торгового центра. Справа находился огромный, как склад, продуктовый супермаркет, а слева — напоминавший пещеру магазин детских игрушек. Между ними разместилось несколько забегаловок и ресторан.
— Вот! — сказал полицейский. — Давайте поедим по-человечески — терпеть не могу блюд, приготовленных по химическим формулам, составленным в штаб-квартирах транснациональных корпораций.
— Вы здесь уже обедали?
— Нет, но я был в нескольких похожих ресторанах и теперь безошибочно их узнаю по внешнему виду. Ведь я все-таки полицейский, — улыбнулся Тэнни Браун.
