Прозвучавший в голове надменно-ленивый, скучающий, голос фейхтмейстера был настолько реальным, что у Августа заныли зубы. Впрочем, это помогло. Голова юноши будто сама собой ушла в сторону, живот втянулся, пропускающее мимо себя острый и широкий наконечник бедро вильнуло в строну, ноги напряглись, тело сокращая дистанцию резко подалось вперед… Кантонец был опытным и умелым воином, выпад не был ни излишне длинным ни слишком коротким, оружие уже шло обратно, и Цу Вернстром точно знал, что от следующего удара ему не спастись, но… Это было почти невероятным, но он успел первым. Тупое словно валенок лезвие ножа пастушка жалобно проскрежетало по длинной почти в локоть втулке, сняло с древка стружку и резануло копейщика по руке. Самым кончиком но достало. Захрипев от переполняющего его страха и осознания собственной невероятной удачи, Август развивая успех сделал длинный выпад и со всей имеющейся силой провел лезвием по животу явно не ожидающего подобной прыти гармандца. И снова, к собственному удивлению, достал. Рубашка копейщика начала пропитываться кровью. Выпучивший, не сколько от боли сколько от удивления и неожиданности, глаза, наемник, выронил оружие, зашипел как рассерженная кошка, и машинально прижав лишившуюся еще двух пальцев ладонь к страшной, набрякшей лезущими из нее кольцами кишок ране, потянулся к висящему на поясе фальшиону но… Опять не успел. В дело вмешался здоровяк с кувалдой. Хрипло заорав то ли от ярости то ли от страха кузнец широко размахнувшись своим молотом обрушил его на затылок согнувшегося от боли копейщика. Голова кантонца лопнула словно сброшенная с колокольни перезревшая тыква, и в лицо барону ударил поток щедро сдобренной осколками кости и чем то белым и липким крови. А потом время будто пустилось в пляс, и мир вокруг юноши завертелся в кровавом карнавале. Справа от Августа раздались хрип и бульканье. Сумевший каким-то образом прорваться через копья близнецов наемник успел вбить свой тесак под ребра одному из братьев и сейчас отчаянно отбивался от второго с хриплым рыком наседающего на него охотника. Сзади к нему уже подскочил заносящий свой молот над головой кузнец.