Но в этот самый момент он стоял прямо перед космическим десантником, и просто уходить не собирался. Вместо этого Вертер поприветствовал брата Гериона кивком и взял со стойки тренировочные мечи, по весу и балансировке наиболее близкие к вожделенным силовым клинкам. Выбрал себе местечко на площадке и выполнил первое ката. Космический десантник на его присутствие никак не отреагировал, продолжая отрабатывать последовательности выпадов, ударов, уклонений и блоков.
Киборг последовал его примеру, и некоторое время тишину гимназиума наполнял только шорох песка и свист рассекаемого воздуха. Через полчаса, однако, он решил, что разминки довольно, и собрался было активировать сервиторов для спарринга, но передумал. Сервиторы не отличались скоростью и умом. Даже при скромном опыте Вертера в обращении с холодным оружием, они не представляли для него никакой угрозы, и условно смертельные удары он им раздавал просто прыгая по плечам. Но вот Астартес…
- Порошу прощения, - сказал он, подходя к десантнику. – Я впервые встречаюсь с вами на тренировке. Видимо, вы занимаете гимназиум ночью, когда все спят?
Десантник смерил его взглядом, в котором не читалось ничего. В отличие от пустотника Торрента, его черты лица были правильными, даже
«Генетические модификации, - вспомнил Вертер. – Это уже не человек».
- Так лучше для всех, - ответил Герион, и в его голосе было что-то, что заставило киборга невольно содрогнуться. Какие-то низкочастотные модуляции, неразличимые для слуха, но вызывающие страх на подсознательном уровне. – Я не мешаю вам, а вы не мешаете мне.
- Может и так. Но так случилось, что мне не спится, и я тоже решил поупражняться с мечами. И раз уж мы занимаемся одним делом… - тут он вспомнил, что к Астартес следует обращаться как можно почтительнее, - в таком случае, не окажете ли мне честь в виде спарринга?
- У тебя должен быть веская причина, чтобы обращаться ко мне с такой просьбой, - без гнева ответил десантник.
- Это лишь вопрос эффективности. Навыки деградируют, если не используются, а техника боя оттачивается только в бою. Может, я не так силен, как вы, и уступаю в весе, но раз могу потягаться скоростью с генокрадом, то, наверное, смогу стать для вас противником достаточным, чтобы не дать застояться.
Герион усмехнулся.
«Жуткое зрелище», - подумал Вертер.
- Ты самонадеянно рискуешь в надежде, что бой со мной научит тебя чему-то? Ну что же, попробуй выстоять против меня. И имей ввиду: я не умею бить в полсилы.
Киборг кивнул и встал в стойку.
Десантник атаковал без лишних прелюдий, резким рывком с места. Его вертикальный удар легко читался, и Вертер принял его на блок, намереваясь отклонить инерцию и контратаковать. Клинки столкнулись, и Вертер извлек для себя первый урок: никогда… нет, НИКОГДА не пытаться блокировать атаки Астартес. Сила удара была чудовищна. Настолько, что будь у него живые руки, то они оказались бы выбиты из суставов. И это было только начало.
Герион держал оружие одной правой рукой, оставляя левую свободной. И, нанеся удар, сразу же попытался схватить ею Вертера, чтобы второй удар точно достиг цели. Киборг вывернулся в последний момент, кувыркнувшись назад, но купил он себе лишь долю секунды, потому что десантник и не думал ослаблять напор. Его пиломеч рассек воздух на уровне шеи, заставляя Вертера пригнуться, и лишая возможности быстро уклониться от следующего приема – быстрого толчка массивным наплечником, выполненным с вложением всей массы тела и брони. Это на мгновение выбило Вертера из равновесия, и Герион не замедлил атаковать раскрывшегося противника. Страшной силы удар наотмашь, нанесенный снизу вверх, пришелся киборгу в правый бок и отшвырнул его на несколько метров.
- Будь мой пиломеч включен, я бы разрубил тебя надвое, - буднично проинформировал его Астартес. – Ты все еще считаешь, что способен противостоять Ангелам Смерти Императора?
Вертер поднялся на ноги и подобрал с песка мечи. Зубья пиломеча глубоко процарапали обшивку, но урон получила не только она. Он чувствовал боль, настоящую боль в еще живых органах. Не настолько сильную, чтобы забеспокоиться, но достаточную, чтобы разозлиться. Его пульс участился, дыхание стало глубже, и кровь быстрее побежала по сосудам, а энергосистема принялась накачивать мышечные пучки силой.
«Я… будто ожил».
Во втором раунде он смог продержаться дольше. Он уходил от рассекающих движений пиломеча, не дал поймать себя на толчок плечом или захват, но когда попытался контратаковать, целясь в сочленения доспеха, Герион резко присел и зажал один из клинков у себя подмышкой. Предугадав его намерения, Вертер выпустил меч и резко откатился в сторону. Пиломеч, который в противном случае должен был изуродовать его лицо, встретил только воздух.
