В переводе на нормальный язык это значило, что инквизитор хочет испытать Вертера в каком-то особенном деле, и это должно остаться секретом от остальных. Мысленно пожав плечами, Герман дал знак отряду, и оперативники растворились в тенях.
«Шесть цветков» ждет страшная ночь.
Акин Тор проводил своих людей взглядом и позволил себе мимолетную усмешку. Герман был отличным дознавателем, но путь до инсигнии ему предстоял очень, очень долгий. Для полноценного инквизитора он слишком явно позволял эмоциям влиять на свои действия. Это касалось и личной привязанности к членам отряда, и банального страха. От Тора не укрывалось то, что Герман умело избегает прямой угрозы и, как правило, старается действовать так, чтобы свести риск для себя к минимуму. Это не было явным недостатком, но если потакать такому поведению, талантливый дознаватель после получения инсигнии почти наверняка превратится в одного из тех пауков, что веками плетут интриги и раскидывают обширнейшие шпионские сети, практически не покидая своих секретных баз. И нередко случалось, что такие инквизиторы утрачивали понимание своей сверхзадачи, и единственным смыслом их существования оставалось бесконечное расширение агентурной системы, интриги ради интриг, создание двойных, тройных и еще Император знает каких агентов – все ради того, чтобы бороться за влияние с такими же пауками. И все это вместо того, чтобы заниматься делом или хотя бы снабжать добытыми сведениями коллег.
Интриганы… неприятная порода, что и говорить. Вонь интриги Тор почуял в тот момент, когда по вокс-связи прослушал допрос захваченной еретички. Логово поклонников Слаанеш в борделе, честное слово! Более глупое прикрытие для культа наслаждений придумать сложно. Потенциальная моральная угроза, исходящая от такого рода заведений, была прекрасно известна, и повышенное внимание со стороны Экклезиархии и Арбитрес не обходило их стороной. За исключением случаев, когда ересь поразила и их тоже, но Тор знал, как выглядят захваченные порчей Хаоса миры, и был готов поставить свой фрегат на то, что Рисла IV не из таких. Не скребли по щиту из веры и дисциплины когти демонов, не вливался в мозг ядовитый шепот, завеса реальности была плотна. Однако наличие мутаций у рядовых членов культа говорило о том, что Губительные Силы все же одарили их своим вниманием. Но культ существовал не в изолированной области, не среди тайных обществ местной знати, а буквально на виду, с той лишь особенностью, что жертвами его, судя по всему, становились только гости с других планет.
Тор еще не знал точно, что происходит на планете, но имел подозрения, которые подтвердятся или будут опровергнуты спустя пару часов. Все зависело от того, какие сведения добудут его люди, и как поведут себя еретики, когда их логово в шпиле будет разгромлено. Лучше бы к тому времени иметь достаточные силы в распоряжении.
Тем временем створки ворот анклава Механикус раскрылись, и оттуда красной рекой потекли шеренги скитариев, возглавляемые Севериной. Последняя держала в руках огромную секиру с лезвием в виде шестеренки, а на месте ее тонких рабочих механодендритов теперь находились более массивные, оснащенные встроенным оружием.
- Развертывание завершено, - сказала магос. – Все боевые единицы готовы к выполнению задачи. Тебе нужна личная охрана?
- Я сам себе лучшая охрана. Отправь своих солдат к судебной крепости, пусть возьмут под контроль основные выходы. Используем для связи обычную частоту, если ты еще ее помнишь. Если станет жарко – я дам знать, тогда начинай штурм. Но не думаю, что до этого дойдет.
После чего махнул своим аколитам, и все трое уселись в антигравитационный транспорт. В дороге они пробудут около получаса. Небольшая передышка перед тем, как придется войти на потенциально враждебную территорию. Конечно, вероятность что руководство арбитров развращено, невелика… но это не ноль. Большинство инквизиторов не стали бы рисковать, и сразу запросили помощь из-за пределов мира, как и предлагал Герман, ограничившись лишь секретным расследованием. Но Акин Тор не был бы собой, поступай он так, как большинство. И раз уж выдалась свободная минутка…
- Ну что же, аколит, и вот мы снова беседуем лично, - инквизитор поднял глаза на новичка. – Как ты понимаешь, мне докладывали о каждом твоем шаге. Что-то меня удивило, что-то позабавило – как например твои подвиги на нижних палубах. Но сейчас дело серьезное, и у тебя есть шанс произвести на меня впечатление. Изложи мне свой взгляд на сложившуюся ситуацию и выводы, которые ты можешь сделать.
