Безусловно, это был риск. Но риск, суливший принести немалую пользу. Тор еще раз внимательно изучил ауру аколита. Те, на кого недавно что обратили взор Губительные Силы либо не могли скрыть своего страха и потрясения, либо воодушевлялись и становились очень активными, поверив в одобрительный шепот Нерожденных, либо замыкались и озлоблялись, отталкивали от себя всех, кто хорошо их знал. Резкая смена поведения была самым распространенным симптомом порчи. Но Владислав отражал в варпе лишь раздражение и, почему-то, горе. И искра, бесконечно маленькая и бесконечно яркая, все также продолжала гореть в его душе, не запятнанная и не поблекшая.
- Хаддрин, ты тоже должна сосредоточиться на выявлении порчи.
Сестра-диалогус кивнула и принялась тихо шептать молитву. На ее способности Тор полагался куда больше, и благодаря им мог оценить надежность чувств новичка. Хаддрин он подобрал случайно, как и большинство членов своей свиты. Это было почти десять лет назад, на диком мире с самой глухой окраины сектора Ориентис. Небольшая миссия Адептус Министорум занималась обращением местных дикарских племен в Имперское Кредо, а Тор и еще пара инквизиторов изучали реликтовые постройки ксеносов. Их цивилизация, не сумевшая сделать даже первых шагов в пространство, давно исчезла, а технологии были достаточно примитивны, чтобы оставшиеся артефакты не представляли сколько-нибудь серьезной угрозы. И все могло бы закончиться благополучно, руины сровняли бы с землей, и на этом работа закончилась, но Андрей Куриос, упокой Император его душу, нашел какую-то особенно глубокую шахту и решил посмотреть, ради чего ксеносы ее выкопали. Он отправился вниз, приготовившись встретиться с радиацией и ядовитыми газами, в надежде найти рудные жилы, которые бы обеспечили этому дикому миру развитие…
Его группа не вернулась в назначенное время и перестала выходить на связь, а через несколько часов из недр планеты хлынули толпы металлических существ, отвратительно похожих на людей, но с огромными лезвиями вместо пальцев. Одно из которых надело на себя содранную кожу Куриоса. Половина миссии и часть инквизиторских свит погибла сразу же, не ожидая нападения, так же жуткая участь постигла племя местных жителей, еще недавно охотно внимавших словам проповедников о Звездном Боге. Оставшиеся аколиты и миссионеры сумели занять оборону, но телепортационные маяки вышли из строя, а связь с орбитой заглохла, так что они даже не могли вызвать помощь с орбиты. Они держались несколько часов, горстка против тысяч, и это без сомнения были одни из худших часов в жизни Тора – что само по себе кое-что значило.
Казалось, что гибель неизбежна, но, похоже, у Императора на Тора были другие планы. Когда кончились боеприпасы и иссякли батареи, когда сломался последний клинок и драться пришлось чуть ли не голыми руками, пространство разорвалось и на поле боя ступили еще одни ксеносы.
Эльдар.
Серьезно уступая некронам в числе, они прошлись по их воинству точно огненная волна, оставляя после себя только оплавленные остовы. Инквизитор чувствовал присутствие могучего псайкера, Ясновидца, который вел войско, используя свои силы для порицания будущего, и приготовился отдать жизнь подороже. Но эльдар не атаковали. Они расправились с некронами с яростью, достойной адептов Кровавого Бога, но остановились, когда их ряды добрались до горстки людей. Вперед вышел Видящий и направил психический зов, требуя разговора с командиром.
Тор вышел вперед, как единственный инквизитор, оставшийся в живых, и взял с собой Хаддрин как переводчика. Ясновидец Келмон, как он представился, поприветствовал его как равного, но за вязью сложнейшей эльдарской речи, в равной степени состоящей из звуков, языка тела и психических импульсов, Тор разобрал истинный смысл послания. Эльдар выбранил людей, точно напакостивших детей, и потребовал немедленно проваливать с планеты и никогда не возвращаться. По счастью, для спора у инквизитора уже не оставалось сил и патронов, а инструкции, разработанные для контактов с машинной расой, в целом совпадали с требованиями Ясновидца. Эльдар скрылись во вратах своей Паутины, так же мгновенно, как явились, выжившие люди погрузились в прибывший челнок и вернулись на корабль.
Мир был объявлен Мундис Экскоммуникат, а спустя несколько лет бюрократических проволочек, от которых страдала даже Инквизиция, подвергся Экстерминатусу.
А Тору в качестве небольшой компенсации досталась Хаддрин. Она совершила три тяжких проступка, за которые должна была понести наказание. Во-первых, она взяла в руки священный болтер сестры-милитант, когда та пала в бою, не имея на то права. Во-вторых, единственная выжила из всей миссии, устрашилась смерти и не приняла мученичество. В-третьих, она приняла помощь от ксеносов. По возвращении в орден ее ждал в лучшем случае обет Репентии, и Тор, чья свита поредела после битвы, сделал ей предложение, не подразумевающее отказа. Он подозревал, что Хаддрин ненавидит его с тех пор за то, что он лишил ее искупления, но пока она выполняла свою работу, инквизитор об этом не беспокоился.
