У меня есть одна большая помощница в этом деле. Это тетя Света, двоюродная cестра моего папы, т. е. мне двоюродная тетя, которая живет в Москве. Она — глоток свежего воздуха, самый вменяемый старший родственник, который у меня есть. Светская, дипломатичная и самостоятельная женщина, хоть и ровесница мамы. Она — живой мостик между моими бабушкой и дедушкой по папе, племянница дедушки и протеже и подруга бабушки. Несмотря на возраст, у нее очень светлая голова, и она прекрасно помнит события прошлого и настоящего. Тетя Света — чудесный друг и поддерживает меня в этой затее. Провожу несколько часов на телефоне с тетей Светой, записываю в блокнот. Мне открываются потрясающие детали моей родословной. Залезаю в пачки со старыми фотографиями и любуюсь черно-белыми классическими фото людей со светлыми взглядами. Какие же неистребимыми людьми были мои родственники! Несмотря на тяжелые обстоятельства их сложных жизней, они не только выжили, но и смогли дать жизнь другому поколению, мне и моим детям.
Благодаря тете Свете я знакомлюсь со своей прабабушкой по папиной линии, которую я никогда не видела даже на фотографии. Тетя Света прислала мне ее фото. У нее прозрачные и пронзительные светлые глаза, суровый взгляд. Ее звали Асхаб Джамал, что значит доброжелательная и красивая. Семья прабабушки жила в поселке около Бугульмы. Ее выдали замуж, но семья мужа относилась к ней плохо. Ей приходилось несладко, и она жаловалась своему защитнику — папе.
Мои представления о быте cтодвадцатилетней давности зиждятся на литературе. Мне казалось, что выдача дочери замуж означала бесповоротное отсекание ее от семьи родителей. Но всё было лучше, чем я думала. Отец был внимателен и милосерден. Он прислушался к жалобам Асхаб Джамал и после одного-двух лет брака забрал ее из семьи мужа с дочерью-младенцем и добился развода. Ислам — одна из поздних религий, и в ней позволяются разводы. Но на этом его забота не закончилась. Он познакомился с красивым дельным парнем, который был не из их поселка, навел о нем справки и сосватал дочь к нему. Этот парень — мой прадед Закир. Он женился на Асхаб Джамал, взял в семью и ее старшую дочь, очень нежно относился к обеим. Эта почти пасхальная история поражает меня в плане цивилизованности развода и человечности отношений в семье. Мой развод более чем через сто лет в якобы демократической стране уступает во многих отношениях. Как будто это у нас недавно отменили рабство и крепостное право.
Одним из шести детей Асхаб Джамал был мой дед Ханиф. Он был один из двух сыновей, младше брата Гарифа на десять лет. Ханиф был неординарной личностью, свободномыслящей и целеустремленной. Он — единственный человек, о котором я достоверно знаю, что сам выбрал себе и день рождения, и фамилию. Его папа, Закир, записывал о рождении детей на Коране, и насчет Ханифа у него была запись, что он родился весной. Ханифу хотелось иметь один день рождения, а не три месяца, и из всех весенних дат он выбрал первое мая. В поселке была только начальная школа, и после того, как он прошел все возможные классы дважды, решил идти через две деревни в школу побольше, среднюю. Ему было лет двенадцать, и отпускать его одного родители не хотели. Он подбил старшего брата, который на тот момент был уже жених 22 лет, пойти с ним. Гариф его, как всегда, поддержал. Когда ребята пришли в новую школу, они записались под фамилией Нагимовы, хотя их сестры были Закировы. По традиции, каждое поколение в семье несет фамилию своего отца. И хоть они ничего против своего папы не имели, его фамилия не сохранилась, так как сестры вышли замуж и их фамилии изменились.
Мой дед был красив, талантлив и амбициозен. Он оказался самым образованным в семье. Когда объявили призыв на войну, записался на командирские курсы, через несколько месяцев получил получил чин лейтенанта. Он пошел на войну офицером, тогда как Гариф пошел рядовым. Тетя рассказала мне почти легенду о том, как братья случайно встретились на фронте. Это просто история для фильма.
Ханиф был танкистом и прошел всю войну на танке. Не могу себе представить этих ужасов. Асхаб Джамал, должно быть, очень сильно молилась за сыновей, потому что оба вернулись с войны живыми и невредимыми. Тетя Света рассказывала, что был случай, когда Ханиф вышел из танка по нужде и вся его команда в танке была взорвана у него на глазах.
Судьба не раз уберегала его от смерти. Он был ранен в 1944 году и встретил мою бабушку Нину в госпитале в Черновцах. Ее невероятная красота сразила его наповал. Ханиф женился на месте, не получив благословения матери. Отец, кажется, к тому моменту уже умер. Мать никогда не простила ему этот поступок, и Нина никогда не была допущена к ней. Может, конечно, Нине было не до поездки в Бугульму. Но только после смерти мамы Ханиф смог вернуться в Бугульму к родным.
После окончания войны его оставили там же, на Западной Украине, бороться с бандами, и эта работа его сломала. Убивать, уже после войны, было выше его сил. В Черновцах родились их дети — Лена в 1945-м и Женя, мой папа, — в 1946-м.
