Вася стал менее звездной личностью в семье из-за драмы с Лорой. В очередной понедельник после работы мы с ним ездили на тренировку по футболу. На этот раз он меня ждал. Он любит футбол всё меньше, ему не нравится бегать потным по полю в жару, только лишь общение с футбольными друзьями еще поддерживает интерес к тренировкам. Надеюсь, к осени интерес останется и ковид пройдет, чтобы не было повода отменять тренировки.
Насущный вопрос о финансах не сходит с повестки дня и особенно мучает ночами. На работе есть информация про новый грант для предпринимателей в Вермонте. Опять сложные условия подачи, неизвестные условия отдачи и сроков выдачи. Я задействую свой офис и бухгалтера для заполнения необходимых данных. Нам очень нужна помощь, ибо мы висим на волоске. Давят долги от бездеятельности, и нет доходов их перекрыть.
Дома не проходит психологическое напряжение. После происшествия с Лорой я говорила с Ником. Он семейный терапевт и предложил встретиться с обоими детьми, обсудить с ними проблему. Все психологи сходятся на том, что дети должны оставаться детьми и оставить родителям взрослые проблемы. В этом и смысл разговора. Что бы ни делал папа или мачеха — они взрослые люди и разберутся сами. Дети не должны участвовать, помогать, так как за взрослых не в ответе. Легче сказать, чем сделать, но беседа была проведена. Неважно, сколько лет в разводе, дети продолжают винить себя в разрыве родителей. Мм невозможно доказать, что они ни при чем. Эта беседа тоже ничего не изменила для детей, но, может быть, они почувствовали заботу.
У Васи восстанавливается клуб бойскаутов. Там тоже есть кое-какие друзья, и интерес теплится. Предложили вечером после работы пойти в поход в лес при участии родителя. Мне, честно говоря, в лес с пацанами идти не хочется. Нет мне покоя, ни одного вечера свободного и мальчики усиливают друг друга, меня от них отбрасывает, как взрывной волной. Но для Васи я была готова сходить, а вот он обломался.
Глава 18
Так как мамины дела идут на поправку, она начинает скулить по поводу Лондона. Сейчас путешествия — крайность, дорого и непредсказуемо. В Лондоне старики несколько месяцев сидели без права выйти на улицу. И до сих пор всё очень сложно. Мама не очень представляет себе, что такое пандемия. Она живет в отрицании, смотрит советские фильмы и игнорирует действительность. Для нее всё, что я говорю, — абстракция, сказка про белого бычка. Но ведь и правда, билеты на самолет не продаются. Нужна какая-то очень уважительная причина, чтобы попытаться перепрыгнуть все эти барьеры. И я не вижу этой причины. У нее есть уход и медобслуживание, чего не будет в Лондоне. Пытаюсь эту тему замять.
Лора ходит теперь за мной хвостом. Я — ее безопасность. Мы ходим на прогулки вместе. Ее подруги в подполье, продолжают бояться ковида и на физический контакт не выходят. Так как все вокруг плохие, мне с пьедестала слететь — дело времени. Ей тяжела зависимость от меня так же, как и мне. Она перестала ездить к отцу, и мои личные каникулы отменяются. Тут захочешь и с папой помириться!
Васин футбол на этой неделе отменили из-за ковида. Много детей съезжается из разных мест, кто-то обязательно что-то да принесет, даже с учетом того, что тренировка на улице. И на следующую неделю отменили тоже. Я даже рада. Мне тяжело ездить туда-сюда по часу в один конец и выдумывать, как занять нетренирующихся членов семьи. Бабушка хочет видеть тренировки, Лора не хочет быть одна, все вместе в машине постоянно выясняют, кто главный. Не взять нельзя, а ездить с ними — нервотрепка.
Переключаюсь на сад. Я еще не рассказывала о своем хозяйстве. Я такой же неохотный, но ответственный садовод, как и капитан моего корабля. Сад свалился на меня вместе с домом. Тактика с ним та же, что и в семье. Я в защите, а не в нападении. Не пытаюсь что-то вырастить или сделать красиво. Только удержать свои позиции. И неизбежно теряю их в борьбе с сорняками. Сорняки — мощные символы власти природы над человеком, хоть и в уменьшенном масштабе. Думаю, что я хозяйка, и имею некоторое представление о том, как должны выглядеть сад и газоны, а сорняки мне показывают, как это будет. Хоть у меня был нулевой опыт садоводства, но зато были принципы. Как мои дети росли без телевизора, так и сорняки в саду растут без пестицидов. У меня большой газон перед домом и за домом, который сейчас стрижет дядечка. Но училась я на своих ошибках. В пылу развода у меня пропала от личинок трава. Поняла я это, когда трава стала умирать и скатываться, как коврик, обнажая землю. Изучила теоретически вопрос, как бороться с личинками, — никак, только пестицидом. Пришлось подвинуть свой принцип, чтобы не остаться с пыльной землей по обе стороны дома вместо травы. А потом для профилактики всё же были споры, которые заказывала живыми и распыляла за двадцать четыре часа.
