Средняя школа для Васи закончилась в прошлом году, теперь он пойдет в седьмой класс — он же первый в хайскул. Эта школа уже далеко от дома, не через дорогу, как раньше, домой доехать — только на автобусе. Там другая администрация, новые дети из трех других близлежащих городков. Перемены для него никогда не проходят гладко, Вася плохо привыкает к новому.
Кошки пробили брешь в моих мыслях о Васе. Пока были котята, раздумья отошли на задний план, теперь же нахлынули с новой силой.
Я с Васей записываю ответы в анкету для психологического тестирования, которую прислала Аня, пока он играет в видеоигру-стрелялку. Лора с анкетой справилась сама. Мы в съемной квартире на отдыхе — на эти выходные уехали в импровизированный трехдневный отпуск и отвезем Васю к папе в последнюю неделю перед началом школы. Лора остается со мной.
До отъезда на сессии терапии с Аней я пересказываю ей все наши последние события и делюсь открытиями по поводу личных границ и волнениями по поводу Васи, Лоры, мамы — по списку.
Пока мама умирала, я уделяла ей очень много внимания. Теперь ситуация изменилась, а она всё продолжает ожидать от меня непрерывного внимания. Словами убедить ее перестать рассчитывать на меня на все сто невозможно. Аня категорично рассуждает на тему моей мамы.
— Кира, с такими людьми нельзя быть деликатными, голову откусят.
Она считает, что мама сидит у меня на голове. Ох уж эта этика и эти границы! Никогда мне это легко не давалось и до сих пор не дается.
До отъезда в отпуск надо было закрыть еще одну вещь — заявление на вермонтский грант для офиса. Ушло несколько недель на заполнение анкеты, с четырнадцатого числа этот грант закрывается. Мы втиснулись в дедлайн, и теперь нам остается только ждать.
План на три эти дня был таким: съездить с детьми в Сэйлем, Массачусетс, и Рокпорт — два приморских городка на северном побережье. Я надеялась найти там более-менее свободные пляжи, и расчет был правильным. Сначала мы побывали на моем любимом пляже Крейнс-бич. Я рассказывала детям, как с месячной Лорочкой мы гуляли по этому пляжу и она крутила головкой, глядя на чаек. Соблазнились ягодами на ближней ферме, заметив знак на подъездной дороге. Остановились, наелись от души, насобирали с собой, после заехали в магазин и накупили всякой еды. Добрались до нашего частного домика в Сэйлеме к вечеру. Дом типа дворец удивил нас комфортом и роскошью за очень скромную цену. Для Васи там нашлась игровая приставка и коллекция фильмов на выбор. Очень понравилось в этом доме — нет хлама, а есть простор. Он достаточно близко до центра города и пляжа, на который мы ходили гулять вечером.
Городок замечательный. Мы посетили музей ведьм, и я еще раз поразилась людской жестокости. Вели себя как типичные туристы. Людей везде мало, это был будний день. Очень хорошая идея — поехать подальше от мамы и от проблем. В пандемию на такие вылазки решалось не так много смельчаков. Мы чудесно провели время в милом городке и почти целый день проторчали на пляже.
В следующем городке, Рокпорте, на другой день, мы пробежались, по тропкам и паркам побережья — так сказать, по местам боевой славы, где мы с их отцом провели много времени. Побродили с Лорой по туристическим улицам, поглазели на витрины и погладили собачек. Вася прыгал на доске на пляже несколько часов, кажется, в нем фонтаном бьет неиссякаемая энергия. Накупались в довольно теплой воде и нагулялись в парках. Мы делали всё, что я люблю, и моим детям, к удивлению, это подходило. Их надо было периодически подкармливать едой и мороженым, и они были вполне себе неплохая компания. К пятнице после обеда мы должны были передать Васю папе — он с ним ехал на озеро. Мы остались у Райяна еще на одну ночь. В целом наш отдых прошел как нельзя лучше.
Для меня мир и покой в нашей семье — это счастье, «сбытие мечт». В такие моменты мне кажется, что это и есть нормальная жизнь. Может, так у всех. Мне не с кем сравнивать, у меня не было другой семьи. У моих друзей всё иначе, но как это чувствуется им изнутри — всё же загадка.
Я правда не понимаю, как работает семья или как должна работать. Лора судит меня по своему стандарту — голливудской версии семейной идиллии. Мое тело только начинает раскапывать свои реакции. С Аней понимаю, что реакции экстремальные на всё. Мне нужно больше покоя и отдыха, чем я себе позволяю. В голове звучит голос бывшего мужа с упреками по поводу моей усталости вечерами. Тот невозможный стандарт, на который я равняюсь, не предусматривает физической усталости. Мне нужно, чтобы ответственность распределялась на других людей, не только на меня. Аня — это начало. Что делать, когда нет людей, с которыми можно разделить семейную ответственность? Это вопрос. Сейчас, после отдыха, страх отхлынул и притаился в темных углах. Хочется верить, что будущее несет в себе решение вопросов, пока неразрешимых. Хочется смело двигаться вперед именно сейчас, когда есть заряд летней энергии. Хочется верить, что всё может быть только к лучшему.
