«Аннет, принеси мне те открытки с изображением растений»,– попросила Мэй. Она думала о новой коллекции украшений, посвященной растениям. Прежняя «морская» коллекция была очень успешной, до сих пор поступали заказы на изготовление изделий из той серии, но Мэй уже не терпелось взяться за новые эскизы. Она не могла определиться с тематикой новой коллекции, идей было много, но не было ни одной, которой бы она «заболела».
Глава 2.
Майкл отработанными до автоматизма движениями человека, привыкшего к путешествиям, сложил свой маленький чемодан, проверил наличие документов и удобно расположился в кресле со своим телефоном в ожидании такси в аэропорт. Ему предстояла поездка в Эдинбург, где он должен был отснять сюжет об особенностях, плюсах и минусах, в том числе и скрытых от первого взгляда неопытных туристов, поездки в этот город, а также поучаствовать в фотовыставке, на которую попали две его работы. Майкл работал тревэл-журналистом, в этой работе одновременно соединились все его пристрастия, он очень любил путешествия, встречи с новыми людьми, новыми культурами, блюдами. С детства он обожал летать на самолетах, полеты сами по себе были для него приключением, ведь во время полета можно было смотреть мультфильмы, разглядывать других пассажиров, играть в игры, пить газировку без ограничения, при условии, что не пристаешь к родителям. И Майкл с удовольствием не приставал. Сейчас он уже не пил столько газировки, но все остальное с жадностью впитывал из каждого своего полета, каждого разговора. Он с интересом так и не проснувшегося в нем художника, всматривался в лица всех людей, которых встречал, отмечал особенности голоса, интонации и выражения, которые использовали его собеседники. Майкла очень интересовали люди, любые люди, он был уверен в том, что встреча с каждым человеком не случайна, что он должен воспользоваться этой уникальной возможностью и понять для чего именно этот человек встретился на его пути. Майкл с какой-то детской легкостью знакомился с людьми и как сканер считывал с них информацию. Он как будто всю жизнь собирал образы, которые ему пригодятся в будущем. Однажды во время празднования дня рождения, где было очень много друзей, Майкл, благодаря друзей за поздравления, сказал фразу, над которой впоследствии очень часто задумывался: «Если вы меня цените за что-то, то знайте, что за это вы должны быть благодарны себе и друг другу, потому что я собрал в себе части от каждого из вас». На самом деле, Майкл как безумный коллекционер выбирал какие-то качества, особенности, привычки, которые заимствовал, перерабатывая на свой лад, и применял в своей жизни. Майклу всегда было интересно, делают ли так все люди или у него одного имеется такой «пунктик». Этот навык не был выстрадан, приобретен на долгом и непростом жизненном пути, а достался Майклу буквально с рождения.
Отец Майкла – Питер Прайс всю свою жизнь работал в банковской сфере и был человеком с энциклопедическим кругозором и острым аналитическим умом. В детстве, Майкл никогда не мог соврать, глядя ему в глаза, так как отец мгновенно «вычислял» его, возможно поэтому, Майкл сохранил одинаковое уважительное отношение и к умению приврать и к умению говорить правду.
Питер Прайс никогда не стремился к высоким должностям, большим кабинетам и наличию обслуживающего персонала, потому вышел на пенсию с позиции старшего менеджера управления риск-анализа, что, впрочем, не помешало ему скопить приличный капитал и получить очень неплохую пенсию. Своими поступками, отношением к своей жене, отец Майкла старался быть примером для сына, да и вообще для всех окружающих. Мама Майкла – Виктория Прайс (Виктория Корнеева), была дочерью эмигрантов из России, Майкл всегда очень сожалел, что не застал бабушку и дедушку со стороны мамы, так как они умерли еще до его рождения, но от них, конечно, через маму, Майклу досталось знание русского языка, и, хотя дома все говорили на английском, мама всегда старалась, чтобы Майкл сохранил русский язык, надеясь, что это в будущем даст ему некоторые конкурентные преимущества при поиске работы. Маму все называли Вера, так как это было ее любимое женское имя, Майкл всегда видел в этом какую-то загадку, он предполагал, что должна быть какая–то веская причина для того, чтобы называть себя не тем именем, которое человек получил при рождении, но, дожив до своего возраста, он так и не смог выяснить ничего, и сдался. Вера так Вера.
