Поступлю в московское училище, буду жить в общежитии и видеть Толика, хоть пару раз в неделю. Обузой ему я не стану – у меня будет собственное жилье и кое-какие, пусть и малые, деньги.
Я почувствовала, как оживаю. Тоскливое оцепенение постепенно отступало, захотелось действовать, быстро и безотлагательно.
Светка с наслаждением делала одну затяжку за другой, по-хозяйски развалившись на моей подушке.
– Свет, – окликнула я, – как ты думаешь, а я могу поступить в училище?
– Ты? – Она глянула на меня, как на безумную. – Тебе-то зачем?
– Надо. – Я решительно сжала кулаки. – Мне тоже здесь осточертело. Хочу свободы.
– Ай да Васька! – Светка весело хихикнула и сгребла меня в объятия. – Умница! Наш человек. Правильно, сколько можно под присмотром ходить! Айда к нам в кулинарку – там девки что надо, гуля-ять будем, только держи-ись!
Я осторожно освободилась из ее рук и встала.
– Нет, Свет, я хочу в Москву.
– В Москву? – Она непонимающе моргнула густо намазанными ресницами. – Это еще зафигом?
– Ну… у меня же там родители, квартира. И вообще… – Я замолчала, не желая раскрывать Светке основную причину своего желания уехать в столицу.
– А, – она понимающе кивнула, – ну ясно. В Москве поступить сложнее, но ты сумеешь. Экзамены сдашь, и все тип-топ.
– А когда там экзамены?
– В июле, кажется. – Светка снова громко расхохоталась.
– Ты чего? – Я поглядела на нее с недоумением.
– Ничего. Представила, какая рожа будет у Базарихи, когда ты ей объявишь о своем намерении. Они ж все тебя в министры прочат.
– Пусть, – махнула я рукой. – Не знаешь, где можно прочитать про эти училища? Может, есть какой-нибудь справочник?
– Есть, – подтвердила Светка, – у секретарши лежит, на столике, рядом с телефоном. Сходить с тобой?
– Нет, спасибо, я одна.
Я оставила Светку курить на моей кровати, а сама спустилась в приемную.
За столом в вертящемся черном кресле сидела секретарша Юля и сосредоточенно наносила на ногти розовый перламутровый лак.
– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась я.
– Здравствуй, – буркнула Юля, не отрываясь от своих ногтей. – Тебе что?
– Справочник учебных заведений Москвы.
– Там. – Юля кивнула в сторону низенького столика с телефоном.
– Посмотреть можно?
– Смотри. Хочешь, с собой забери, потом принесешь.
– Хочу. – Я подхватила тяжелую, толстую книгу, сунула ее под мышку и вышла в холл. Села на скамейку, открыла страницу с оглавлением.
Через десять минут я уже знала, куда буду поступать: это было швейное училище совсем неподалеку от моего дома. Экзамены проходили в июле, как и говорила Светка, учащимся предоставлялись общежитие и стипендия.
Я захлопнула талмуд, вернула его на место и поспешила в палату.
Светка лежала на моей кровати и разглядывала в зеркальце подбитую губу.
– Вот черти, как саданули! – пожаловалась она, увидев меня.
– Кто?
– Да парнишки из кафе. Позавчера познакомились, вроде ничего себе пацаны, бизнесом занимаются. Никак не ожидала, что морду бить начнут.
– Йодом помажь, – посоветовала я.
– Придется. – Светка нехотя сползала с постели. – Как успехи?
– Нормально.
– Выбрала училище?
– Да, швейное.
– Пойдет, – одобрила Светка, – верный кусок хлеба. Ты Базарихе когда говорить будешь?
– Не знаю, – растерялась я. – Надо заранее, наверное?
– Надо, – согласилась Светка. – Иди прямо сейчас, чего откладывать! Вот, хлебни для храбрости. – Она вынула из-за пазухи плоскую бутыль с коричневым содержимым.
– Коньяк? – догадалась я.
– И причем хороший. – Светка кивнула и отвинтила металлическую крышечку. – От сердца отрываю. Пей. – Она сунула бутыль мне под нос. Я ощутила резкий, неприятный запах, от которого меня сразу же замутило.
– Гадость!
– Дура ты! – возмутилась Светка. – Не хочешь, не надо. Это ж для уверенности, чтобы голос не дрожал, когда с Базарихой ругаться будешь.
– Ладно, давай. – Я, зажмурившись, глотнула из горлышка. Язык и нёбо обожгло, будто я откусила кусок зажженной свечки, на глазах выступили слезы.
Я поперхнулась и натужно закашлялась.
– Непривычная ты, – сочувственно проговорила Светка, хлопая меня по спине. – Давай еще глоток, и хорош.
Я глубоко вдохнула и отпила еще. В голове стало пусто и легко, руки и ноги налились приятным теплом.
– Вот так-то лучше, – удовлетворенно заметила Светка, закрывая пузырек. – Иди теперь. Только за перила держись, не то еще упадешь, не ровен час.
Я спускалась, по Светкиному совету, крепко обхватив перила обеими руками. Мне было отчаянно весело и спокойно.
Навстречу мне попалась Жанна. Я широко улыбнулась ей и подмигнула.
– Ты куда? – с недоумением спросила она.
– Туда! – Я боком протиснулась мимо нее и продолжала спуск.
Жанна немного постояла за моей спиной, затем я услышала стук ее каблучков.
Марина Ивановна говорила по телефону, держа в одной руке трубку, а в другой блестящую авторучку.
– Нет, мы не можем. Никак не можем. Почему? Потому что у нас на весь интернат единственная машина, и ту приходится почти ежедневно ремонтировать. Да, нужно. Еще как нужно. – Она глянула в мою сторону, кивнула на диванчик в углу кабинета и, прикрыв трубку ладонью, произнесла вполголоса:
– Сядь пока. Я сейчас закончу.
