— По крайней мере некоторое время, — согласился Брейс. — И ему известно мое имя. Как он мог его узнать? Может, это студент? Или кто-то с факультета? Тогда было бы понятно. Посмотри, куда он тебя посылает: к статуе Безумного Коня, к мосту Милл-Крик-бридж. Все это либо на территории университетского городка, либо поблизости. И все эти литературные реминисценции.
— Твое имя он мог услышать из наших разговоров вчера ночью.
— Подслушать? — Брейс насупился. — Но большую часть времени никто не мог находиться достаточно близко к нам.
— Это мы никого не видели. Но кто-то мог бы… там, на площадке, было столько разного хлама. — Внезапно затылок у нее покрылся мурашками. — Я ведь чувствовала, что мы не одни. Готова поручиться, что он там был.
— Возможно, — согласился Брейс.
— И он хотел, чтобы я пришла туда одна.
— Этот момент мне очень не нравится.
— Мне тоже, — промолвила Джейн, почувствовав, что гусиной кожей покрылся не только затылок — мурашки побежали и по лбу, рукам, грудям и бедрам.
— По-моему, существует только одна причина, — добавил Брейс, — почему он хочет убрать меня с дороги.
— Да. — Джейн начала медленно растирать бедра через штанины джинсов. — Но все равно ничего не понятно. Если бы он хотел напасть на меня, то мог бы сделать это прошлой ночью, когда я была одна в душе. Чего проще.
— Тогда почему он хочет убрать меня с дороги? — недоумевал Брейс.
— Кто знает? А почему он вообще все это делает?
Брейс покачал головой.
— Может быть, — предложила Джейн, — нам следует воспринимать все это без задних мыслей. Возможно, это действительно какая-то Игра, а он считает себя чем-то вроде большого босса или еще кого и не хочет играть ни с кем, кроме меня.
— По всем признакам, самое время выходить из нее.
— Знаю. Это так. Но с другой стороны… — скривившись, она медленно пожала плечами. — Мне вроде бы и хочется продолжить.
— Но он проник к тебе в дом.
— Да, это так.
— Я уж не говорю о том, что он мог бы сделать.
— Понимаешь… Если его предыдущие действия в какой-то мере показательны, денежные призы будут постоянно увеличиваться.
— Но почему?
— Чтобы я продолжала участвовать в его Игре.
— Он что-то замышляет, — возразил Брейс. — И это наверняка что-то недоброе.
— Нам это неизвестно. Может, он таинственный добродетель. На манер того мерзкого типа в «Больших надеждах», появившегося неожиданно на кладбище и до смерти напугавшего бедняжку Пип?
— Мэгвич.
— Да, Мэгвич. Может, это нечто подобное.
— Тебя, похоже, не разубедишь, да?
— Да.
— Что ж, решение за тобой.
— Я хочу продолжить.
— Одна?
Она утвердительно кивнула.
— Ну, по крайней мере, я могу отвезти тебя туда. Об этом же ничего не сказано? Если ты не передумаешь играть по его правилам, я припаркую машину и подожду на мосту, пока ты спустишься вниз за деньгами. Так, по меньшей мере, я буду рядом, и, если что, ты сможешь позвать меня на помощь.
— Это было бы здорово, — нехотя произнесла она, — но я другого мнения. — Она вновь повела плечами. — Я много думала об этом. Брейс, он хочет, чтобы ты никак в этом не участвовал, и, если я позволю тебе подвезти меня туда и крутиться рядом, он может просто прекратить со мной Игру. И больше никаких конвертов, никаких денежных призов. А мне бы этого не хотелось. Я хочу доиграть до конца — во всяком случае, пока смогу.
— Какие у него могут быть возражения против того, что я тебя подвезу?
— Боюсь, что самые категорические.
Поморщившись, словно от боли, Брейс покачал головой.
— Все будет хорошо, — произнесла она. — Вот увидишь.
— Извини, — сказал он. — Это, наверное, не мое дело. Я имею в виду, что ты вольна поступать по своему усмотрению. Просто мне не хотелось бы, чтобы ты попала в беду или пострадала. У меня такое чувство, будто я обязан о тебе заботиться, но… безумие, да?
— Да, безумие.
— Мы ведь едва знакомы.
— Почти незнакомы.
— А ты и сама в состоянии отлично о себе позаботиться.
— Вполне, — прошептала Джейн, к этому времени повернувшись на диване к нему лицом и положив руки ему на талию. Она легонько прикоснулась губами к его губам и прошептала: — Подожди здесь, ладно? Я съезжу к мосту, а ты посидишь здесь, и, когда я вернусь, мы будем вместе. Хорошо?
— Если ты этого хочешь.
— Это займет какое-то время. Он может дать мне еще какое-нибудь задание. Понимаешь? Возможно, придется еще что-нибудь сделать.
— Все может быть.
— Но ты подождешь?
— Конечно.
Улыбнувшись, Джейн подошла к Брейсу и села ему на колени.
— Устрой себе небольшую вечеринку, чтобы как-то скрасить ожидание, — прошептала она.
— О, это будет что-то.
— Ешь, пей, смотри телевизор, читай.
— У меня в машине книга.
— Вука?
— Вука.
— Устанешь читать, вздремни. — Прислонившись к нему, Джейн обняла его за шею. — Только один запрет.
— Какой?
— Держись подальше от моста.
Она почувствовала, как он слегка напрягся.
— Обещай. Ты должен мне пообещать.
Брейс ответил не сразу.
— Ладно.
— Это означает не ехать за мной и не вести наблюдение ни в какой форме и ни под каким видом. Ты не принимаешь совершенно никакого участия в сегодняшней операции.
Брейс молчал, и Джейн чувствовала своим телом, как вздымается и опускается его грудь.
— Обещай.
