Они были настоящими.
Зазвонил телефон, и я взяла трубку.
— Алло?
— Эверли? — спросила женщина на другом конце провода. — Это Моника. Я прослушала твое сообщение. Поверить не могу, через что ты прошла, дорогая.
— Ну, мы живы и прилетели в Анкоридж. К счастью, Сайлас не дал огню распространиться. Но наш дом сгорел практически дотла.
— Кажется, твой горный мужчина спас тебя, — даже по телефону я слышала в ее голосе теплоту, которая разозлила меня.
— К слову о горных жителях. Моника, ты говорила, что твои клиенты — обеспеченные люди. Одно из условий сделки. Но Сайлас не такой. Ты бы видела его дом.
— Когда становишься невестой по почте, поначалу бывает трудно. Но плюс в том, что я не ошиблась, и вы с Сайласом прекрасно подошли друг другу. Ты хотела стать писателем, вести тихую жизнь. Учитывая твою неопытность, очарование Сайласа и его спокойствие пришлись весьма кстати. Он найдет общий язык с кем угодно, конфетка, а ты говорила, что в присутствии мужчин теряешь дар речи.
— Полагаю. С Сайласом действительно легко…
— Слушай, я сожалею о пожаре, и было приятно тебя услышать, но мне нужно спешить на встречу.
Прежде чем я успела ответить, Моника повесила трубку. Глядя на телефон в своей руке, я не могла не чувствовать себя немного обиженной. Моя готовность стать невестой по почте — причина, по которой у Моники вообще был бизнес.
Положив телефон на место, я заскучала по своим подругам и разозлилась на Монику. Но больше всего мне хотелось, чтобы Сайлас поскорее вернулся, и я могла передать ему ее слова о нашей совместимости. Мне было интересно, почему она сочла нас идеальной парой, хотя ее лаконичное пояснение имело смысл.
Мы с Сайласом и впрямь подходили друг другу. Несомненно, я немногое могла предложить ему в плане навыков выживания, но научилась бы. И пускай вопреки моему изначальному мнению у него не было денег, я в любом случае мало о них заботилась. Наоборот, я гордилась Сайласом за то, что он работал на своей земле и обеспечивал себя, к тому же хотел обеспечить еще и меня.
Поднявшись с кровати, я просмотрела содержимое пакетов. Когда я в магазине выбирала нижнее белье, захватила то, которое Сайлас счел бы сексуальным. В свете последних событий покупка казалась странной, но в своем сердце я знала, что ему захочется увидеть меня в чем-нибудь откровенном.
Я и сама хотела, чтобы он увидел меня такой.
Более того, я просто хотела Сайласа. Он был моим идеальным мужчиной и, черт возьми, моим мужем. Пожар произошел из-за моей небрежности, но я бы научилась жить в лесах, вдалеке от цивилизации. Я собиралась стать хорошей женой и хорошим партнером. Теперь мне нужно было, чтобы Сайлас поскорее пришел и выслушал мое признание.
Скинув с себя одежду, я надела крошечный пеньюар. По возвращению мужа я бы показала ему, почему он больше никогда не должен от меня отходить.
И ему стоило поспешить, поскольку от одного только вида этого белья я заводилась. Я надела стринги, только чтобы Сайлас сорвал их с меня. Своими сильными руками он раздвинул бы мои ноги, пока я гладила бы его рельефную грудь.
Закрыв глаза, я почувствовала себя умиротворенной и очень возбужденной от понимания того, что никуда не уйду ни я, ни Сайлас.
Я поняла, что жизнь с моим мужем — единственная, которую я хотела.
Я вернулся в гостиницу с папкой в руках. Встреча прошла лучше, чем я ожидал. И мне нужно было рассказать Эверли, на что я готов, лишь бы быть с нею — в конце концов, она ведь бросила все, чтобы быть со мной.
Я постучал, сообщив ей, что сейчас войду, но когда распахнул двери, меньше всего ожидал увидеть открывшуюся картину.
Эверли лежала на кровати с раздвинутыми ногами и вытащила руку из своих трусиков.
— Я что-то прервал? — спросил я и, бросив на стул куртку, положил папку на стол.
Эверли села, и стали видны ее груди, приподнятые корсетом без бретелек. Она была похожа на распутницу — развратную версию скромной Эверли, которую я знал прежде.
— Я долго ждала твоего возвращения, муж, — ответила она и, устроившись на краю кровати, облизала губы, поглаживая ладонями свои бедра.
Улыбнувшись, я направился к ней. Слезы на ее лице давно высохли. И сама она казалась радостной, расслабленной. Умиротворенной. Решительной.
Кроме того, Эверли выглядела готовой потрахаться. Схватив ее за плечи, я сверху вниз посмотрел ей в глаза.
— Эверли, все в порядке? Когда я уходил, ты была такой расстроенной.
Она взяла мою руку и положила себе между ног. Почувствовав влагу, я застонал и порадовался, что Эверли трогала себя перед моим приходом.
— Я много думала, — ответила она, целуя меня в шею. — Думала о том, чего действительно хочу.
Моя рука лежала на сочных складках, и я невыносимо хотел взять ее, но сначала нам стоило кое-что прояснить.
— Эверли, мне нужно кое-что тебе сказать, — начал я.
— Нет, я первая, — покачала головой она. — Мне нужно рассказать тебе о том, чего я хочу. Что мне нужно от тебя.
Сглотнув, я убрал руку от ее мягкой киски.
— Положи обратно, муж. Об этом мы тоже должны поговорить.
