Вика от волнения опустошила уже второй стаканчик кофе, его можно было купить в кофейном автомате, который находился при входе в поликлинику. Народ у кабинета постепенно расходился, но девушка чувствовала, что пока до нее дойдет очередь, она сойдет с ума. Дальше по коридору, через три кабинета находился Хирург, оттуда вышел мужчина лет шестидесяти, опираясь на трость, он окинул взглядом дверь кабинета и тяжело вдохнув, отправился вдоль по коридору к лестнице. Когда медсестра вышла из кабинета, чтобы забрать медицинские карты, Вика, недолго думая пошла на хитрый, но в, то, же время весьма распространенный ход. Она в наглую подошла к ней и с легкой улыбкой на лице положила ей в халат две тысячи рублей, тем самым чуть-чуть приблизив свою очередь. Медсестра сделала вид, что ничего не было, и спросила ее фамилию, затем зашла в обратно в кабинет. Через несколько минут врач пригласил ее на прием, попросив передать это через женщину, которая как раз выходила из кабинета. Вика подскочила со стула, и приметила, что у нее очень сильно онемела задница, она буквально залетела в кабинет. Очередь, а точнее две женщины довольно крупных габаритов, были не очень рады, что вызвали не одну из них, по их словам, они находятся здесь с шести утра, а сейчас двенадцать дня, если учесть, что больница начинала работать с восьми утра, то доверие эти женщины не внушали.
– Здравствуйте, – поздоровалась Вика, когда вошла в кабинет. Медсестра кивнула ей и наклонила голову к бумагам. Соболев широко улыбнулся.
– Виктория Михайловна, я вас приветствую, присаживайтесь, – указал он рукой на стул. Вика присела напротив него.
– Анатолий Анатольевич, мне вчера позвонили, сказали, мои анализы готовы, я была на прошлой неделе у вас на приеме, и вы направили меня на анализы, – уточнила она.
– Да-да, я все прекрасно помню, – Соболев достал из папки бумаги, и Вика поняла, что там результаты ее анализов. Он взял в руки лист, что-то пробормотал себе под нос, кивнул опять же скорее себе самому, облизнул губы и посмотрел на Вику, затем вернулся к анализам. Когда он закончил, положил лист бумаги на стол.
– Виктория, – начал он. – У меня для вас две новости, как в тех устаревших анекдотах из дешевых журналов, – он усмехнулся, обнажив свои золотистые коронки на зубах. – С какой начать?
Ожидание утомляло всегда, а в данном случае оно просто убивало. Вика жутко нервничала и то и дело, каждую секунду поправляла волосы, когда ей это надоело, она в наглую взяла со стола карандаш и, смерив своим искрометным взглядом Соболева, молча, задействовала его по назначению. Теперь, когда длинные волосы не мешали, она могла продолжать разговор дальше.
– Начните уже, пожалуйста, без прелюдий, – повысив голос, ответила Вика, пытаясь держать себя в руках, ожидание для нее было хуже всего
– Вы и ваш уважаемый муж, полностью здоровы, никаких патологий не обнаружено, анализы в норме, не к чему докопаться, я вас поздравляю дорогая, – Соболев еще раз облизнул губы. – Я вам скажу, девушки в вашем возрасте имеют такой букет заболеваний, – он присвистнул, морщинки на его лбу разошлись в разные стороны.
– Если все в порядке, то почему мы не можем завести ребенка? – настаивала на своем Вика, принимая удивленные взгляды медсестры. Она, поглаживая свои рыжие волосы, делала вид, что работает с бумагами, но на самом деле не вооруженным взглядом можно было заметить, как она внимательно слушает их разговор и смотрит на Вику, слегка ревностно. Если учесть, что ей на вид было лет тридцать, а Соболеву, наверное, все пятьдесят, если не больше. Впрочем, в наше время этим никого не удивишь. В принципе можно было допустить вариант, что они могли быть любовниками, хоть и служебные романы заканчиваются весьма плохо.
– Виктория, – Соболев поправил свои очки и чуть улыбнулся. – Вы молодая, красивая, энергичная девушка, не стоит отчаиваться и опускать свои нежные руки, я все же полагаюсь на то, что надежда умирает последней, а потому я уверен, что у вас еще получится завести ребенка, ну какие ваши годы. Он развел руками и хлопнул в ладоши так звонко, что медсестра вздрогнула.
– Доктор, – от волнения у Вики пересохло в горле. – Но если проблема не во мне, тогда в чем? Я год не могу забеременеть, понимаете?
Соболев не переставал улыбаться. Он откинулся на спинку своего стула и пристально из-под очков рассматривал ее. Медсестра стрельнула глазами по Вике, во взгляде читалась ревность и, встав со своего рабочего места, вышла из кабинета.
– Дорогая, – с нотками легкой иронии нехотя простонал Соболев. – Анализы в полном порядке, возможно, вам просто пока не время стать мамой, у вас все еще впереди, вам всего лишь двадцать девять, рожают и в пятьдесят. Своим искрометным взглядом он словно сканировал ее, и через несколько секунд приблизился к ней, и Вика вблизи рассмотрела его карие наполненные ехидностью, хитрые глаза. Он по-прежнему улыбался и постукивал пальцами по столу.
