Эйфория. Сила и власть. Осознание своей сущности. Все это кружило голову и будоражило душу, и тихий голос разума был не слышен за громким стуком собственного сердца.
– Не знала, что у сидхе такие вольные нравы, – в полной тишине раздался удивленный шепот Кристины.
– Похоть никого не красит, – глядя в тарелку, пробормотал Эшли. – Я буду молиться о вашей душе, леди.
Тина обвела всех ироничным взглядом.
– Ай-ай-ай, какие пошлые мыслишки бродят в головах людей. Почему вы все решили, что я приглашаю лорда Захара на свидание? Неужели вы считаете, что мне, имеющей рядом такого мужчину, как мой муж, не хватает мужского внимания? – промурлыкала она, на мгновение прижимаясь к Ашеру. – К лорду Захару у меня сугубо деловой разговор.
– Леди, вы укололи меня в самое сердце своими словами! – прижал руку к груди вампир. – И о чем вы хотите говорить?
– Я разыскиваю родственника, и, возможно, вы сможете мне помочь, – белозубо улыбнулась Тина. – Дорогой, ты ведь не против?
Дорогой был против, еще как! Это ощущалось во всем: в позе, повороте головы, во взгляде, небрежно скользящем по вырезу Тининого платья, в кривой ухмылке и ледяном холоде, идущем от лорда.
– О нет, дорогая, – вопреки взгляду, которым лорд одарил Тину, проговорил он. – Все, что ты захочешь.
Что она делает? Остановись! Но новая Тина не хотела останавливаться. Она хотела силу Захара. Его черную, тяжелую, плотную силу смерти. Тина жаждала прикоснуться к ней губами, попробовать на вкус, взять хоть немного… Взять, чтобы отдать своему мужчине, тому, кто ради нее осушил себя до дна, тому, кто сейчас сидел рядом и задумчиво хмурил брови.
Она не слышала, что говорит император, что ему отвечает мэтр, она не замечала пристального взгляда лорда, ее, словно бабочку к огню, притягивала сила вампира.
– Я думаю, что лорд Захар сам навестит нас в любое удобное для него время, – словно сквозь толщу воды услышала Тина голос Северного лорда.
– Ты меня приглашаешь? – сощурил глаза вампир.
Его лицо выражало крайнюю степень удивления, которое он даже не пытался скрыть.
– Да, – коротко бросил Ашер и, сжав локоть Тины, заставил ее подняться. – Ваше величество, нам пора, моя супруга плохо себя чувствует.
Та новая Тина, которая облизывалась и призывно смотрела на Захара, хотела возмутиться, но лорд был безжалостен и неумолим. Он так сдавил руку девушки, что Тина едва не вскрикнула от боли, и это отрезвило до такой степени, что она дала увести себя из-за стола.
– Что ты себе позволяешь? – прошипела она, когда лорд впихнул ее в большую темную комнату и закрыл за ними дверь на замок. – Да ты…
– Амулет! – рявкнул лорд и протянул ладонь.
Тина хотела возмутиться, расхохотаться ему в лицо, отказаться, но не успела, ледяной ветер ворвался в комнату, срывая с нее одежду, растрепав прическу, он хлестал ее по щекам, путал волосы, холодом пронзая сердце и душу, замораживая уста, не давая сказать злые слова. Тина пошатнулась, но жесткие пальцы лорда не дали ей упасть.
– Амулет!
Она сорвала с руки магическую ленту и швырнула амулет в лицо ненавистного мужчины.
И сразу же ветер стих, пальцы на руке разжались, Тина качнулась, но ее захватили в объятия, прижали к груди, поддерживая непослушное тело.
– Вот и хорошо, вот и умница, – шептал лорд, а Тина вновь падала, падала, падала…
– Держи меня, – успела шепнуть она, прежде чем провалиться во тьму который раз за последние дни.
Ашер тяжело вздохнул, подхватывая ее на руки. Он всматривался в знакомые черты лица: непокорный подбородок, упрямый рот, гордый разлет бровей. Этот облик был ему ближе, чем облик холодной надменной стервы сидхе. Эту девчонку он готов был простить и защищать, но… Нужна ли ей его защита? Кровь ее матери набирала силу, и никто не дал бы сейчас даже половины золотого за ее дальнейшую судьбу.
Тине снился кошмар. Она убегала. Бежала из последних сил, задыхалась, падала, разбивая колени, и вскакивала. Ей нельзя останавливаться. Нельзя! Он догоняет! За спиной раздавался глухой топот, земля содрогалась от его шагов, огненное дыхание опаляло шею, пахло серой и тленом. Тина слышала шелест крыльев и как скребут по камням его когти, слышала скрежет его зубов и тихий смех…
«Тебе не уйти, Тин-на. Ты моя и только моя…» – Глубокий, нечеловеческий, красивый голос вызывал дикий первобытный ужас.
– Нет! – закричала она, когда горячая лапа ухватила сзади за плечо.
Надо проснуться! Просто проснуться! Там, в реальности, он ее защитит… Кто – он, Тина не помнила, но точно знала, что он спасет… Как же его имя?
– Ашер!
Тина распахнула глаза, в ужасе вцепившись в руку лежащего рядом мужчины.
– Мне нравится, как ты шепчешь мое имя, – мурлыкнул ироничный шепот в ухо. – Спи, леди Эдельвейс, и ничего не бойся.
– Я Тина.
Жар залил щеки, Тина осознала, что она одета всего лишь в тонкую рубашку, и почувствовала прикосновение прохладного обнаженного тела.
– Ты голый!
– Нагой. Голые в бане, Тин-на, но никак не в объятиях красивой девушки. Спи и ни о чем не думай.
И он поцеловал ее в макушку.
О боги! Дайте устоять!
