Иллюстрация. Завораживающий закат в родном мире Земли.
Все воины были полностью поглощены разговорами между собой, роняя слюни в преддверии удовольствия по тому или иному поводу. Я же специально не стал никого предупреждать. Никто даже не обратил внимания, как удобно стало идти, а ведь это потому, что мы двигались по звериной тропе. Когда Чикир начал проваливаться в волчью яму, я несильно бью плашмя тесаком ему по спине, и он благодаря этому почти перелетает ловушку. Дальше его реакции уже хватает, чтобы зацепиться руками за траву и не рухнуть туда целиком. Чикир взвизгнул от страха, а все бойцы вздрогнули и засуетились. Ну как все, Мареш и Улер улыбались. Ну что тут скажешь, толковые воины, настоящие ветераны. А ведь я им даже не намекнул об опасности. Когда достали нашего счастливчика, я, зло шипя, скомандовал Марешу:
— Всем новобранцам и Чикиру по пять плетей!
Плетью по голой спине особенно приятно получать в морозную погоду. Перебинтовав окровавленные спины друг другу, ведь свой удар Мареш не сдерживал, они продолжили путь. Уже никто теперь не вёл разговоры про красивых доступных деревенских девушек. Взгляды моих солдат, конечно, после экзекуции были озлобленны, но и терпеть такую недисциплинированность и невнимательность я был не намерен. Всё же я не нанимался им нянькой, и свои жизни они должны научиться беречь сами, хотят эти пустоголовые новобранцы или нет.
Дойдя до деревни Кривой колос уже после заката, мы остановились на расстоянии двухсот метров от главных ворот, на всякий случай, чтобы даже шальная стрела долететь до моего отделения не могла. В небольшой надвратной башенке никого не было. И я отправил Елоса, как самого бесполезного, стучать в ворота.
— Открывай, солдаты генерала Тараса Кровавого прибыли! — орал он, оглашая округу.
Видимо, что-то неладное творится в этой деревне, потому как нам не открывали почти пять минут. А ведь всего в дневном переходе бродят нурглы, причём в довольно серьёзных количествах. Спустя некоторое время в надвратную башенку залез совсем ещё молодой паренёк с масляной лампой в руках.
— Сколько вас? — выкрикнул он, вглядываясь в темноту. — Если вы пришли сюда грабить, то вам несдобровать, у нас сотня воинов в деревне, и мы дадим отпор любому обидчику!
— Леур, шар света! — отдал приказ я.
Моё отделение наконец-то стало видно деревенскому защитнику, потому как факелы и масляные фонари мы не разжигали. Поняв, что опасаться особо нечего, отряд двинулся ближе к воротам.
— А ну, открывай! — снова заорал Елос. — Не видишь, что ли, господин офицер устал с дороги⁈
Магия у деревенщин до сих пор вызывала страх и трепет. А за сотни лет у любого человека, от совсем молодого до дряхлого старика, было выработано чувство уважения и глубочайшего почтения к любому носителю магии, ведь это было признаком аристократии. Также любой деревенский житель знал, что только военные отряды нашего Великого Герцога имеют в своих рядах настоящих офицеров и боевых магов.
— Сейчас-сейчас, — заторопился молодой паренёк, — сейчас открою.
Постепенно одна створка ворот начала открываться. Вблизи парень оказался совсем мелким, ему не было и пятнадцати лет. А позади него столпилась разномастная группа жителей деревни. И совсем старые люди, держащие копья в руках, такие же, как и я сам.
И даже несколько девушек, потешно пытавшихся выглядеть особенно грозно.
— Простите нас, господин офицер, что вам пришлось ждать, — склонился совсем седой старик, — я староста этой деревни, прошу, заходите скорее. По ночам стало очень опасно в округе. Пройдёмте, мы разместим вас, — прохрипел староста.
— Нет нужды, мы встанем лагерем в центре деревни, — холодно прошипел я, — а пока обстоятельно поведай мне, староста, куда подевались ваши воины?
Лепетал и юлил он долго, всё старался как-то сгладить неудобные углы и постоянно чего-то недоговаривал. Но пара тычков под рёбра от Улера словно омолодили его лет так на десять. И так складно он начал докладывать, словно служил когда-то в армии Герцога. А всех тайн-то здесь и на мизинец не было. Пришёл в прошлом году отряд из пяти воинов к ним на зимовье. Платили хорошо, вели себя тоже прилично. И за четыре месяца, пока не сошёл снег, разговорами своими сманили взрослых мужчин этой деревни в свой отряд наёмников. Это понятно, что совершенно точно они решили разбоем заняться. И всё было у них неплохо до поры до времени. Но вот месяц назад не вернулись эти бравые разбойники. И теперь деревенские оказались в незавидном положении. Взрослых мужиков нет, одни бабы считай остались. И помимо простой необходимости следить за хозяйством и обрабатывать поля, их теперь и защитить-то некому. История, конечно, была очень слезливая, и глазки молодые девчата делали невероятно печальные и просящие. Но вот верилось в эту брехню уже с большим трудом.
— Есть конкретные просьбы, лично ко мне, как к офицеру армии Герцога? — прошипел я. — Помимо поиска и казни группы разбойников, которая завелась в этой округе?
