И действительно, чем ближе мы поднимались по склону холма к развалинам крепостной стены, тем меньше верилось в историю с лесными крысами. Они не настолько разумны, чтобы не выскочить при первых же признаках опасности их гнезду и не атаковать всем скопом. Им просто мозгов не хватит устроить засаду. А тут именно она и есть. И главное, так тихо и совсем нет никаких признаков жизни в разрушенном форте. Тут внезапно прозвучала команда господина Ирчина. Я мгновенно поднял защитный барьер. С небольшой задержкой это сделал и вечно опаздывающий Соятов. И буквально следом в нас ударил разряд так хорошо мне знакомой молнии. Но при этом ударили одновременно и в защитный купол, и в господина Ирчина. Действуя с невероятной скоростью, он даже успел поднять щит прямо на разряд молнии. Но, по правде говоря, это ему никак не помогло. Его отбросило на добрых три метра, и он рухнул на землю замертво, испуская дым изо всех щелей своей сгоревшей техномагической брони. Мы все просто остолбенели, не веря своим глазам. Поверить, что старый, почти что бессмертный рыцарь погиб, было просто невозможно. Я поворачиваю голову и понимаю, что заряд молнии был точно необычный. Потому что Михаил явно побледнел, а его защитный барьер потерял не меньше половины своей прочности. Благо, мой купол был чуть меньше в размерах и начинал получать повреждения уже вторым порядком.
— Сдавайтесь, и мы сохраним вам жизнь! — прогремел голос с осколка стены, но показываться пока никто не спешил.
Я испуганно посмотрел на Мареша, но тот тоже не знал, как поступить и что нам делать дальше. Тем временем со стены продолжили:
— Моя мана сейчас восстанавливается, а твоя расходуется. Не пройдёт и часа, как защищаться вам будет нечем! — вновь прогремел голос со стены. — Даю вам пять минут на раздумья, по истечению этого времени никто не уйдёт отсюда живым!
Солдаты начали нервно шептаться, но все их мысли были наполнены всего лишь паникой и страхом, именно поэтому они оказались совершенно бестолковыми. А главные источники моей надежды, ветераны Мареш и Улер, о чём-то напряжённо думали. А вот наш командир продолжал дымиться. Хотя теперь, наверное, уже бывший командир.
— Ну, что вы думаете? — не выдержал я, обращаясь к ветеранам.
— А что тут думать? — угрюмо пробасил Мареш. — Стоим и ждём, так или иначе нас пустят в расход!
— Как это, в расход⁈ — ошарашенно выпучив глаза, взбеленился истеричный Михаил Соятов. — Я благородных кровей, они не посмеют меня тронуть!
Улер со странной жалостью посмотрел на него, как на умалишенного, и произнёс:
— Если бы у них был шанс моментально подавить барьер, они бы это сделали сразу, а раз этого не произошло, значит, они не так сильны, как хотят казаться. А по поводу пустить в расход, то подумайте сами, если бы вы дезертировали…
Но ему не дал договорить молодой Соятов:
— Да чтобы я, наследный аристократ, и предал моего Герцога, что ты такое говоришь⁈ — визжал от страха он.
Поняв, что молодой маг сейчас не в адекватном состоянии, Улер просто от него отвернулся, полностью сконцентрировав своё внимание на мне.
— Так вот, — продолжил Улер, — дезертиры ни в коем случае не будут оставлять свидетелей, ведь они наверняка нарушили закон о краже Эргов, следовательно, за них будет назначена большая награда. А если их много, воинов с уровнями выше десятого, то соблазн будет слишком велик, — закончил он свою мысль.
Обдумав всё, я принял решение.
— Михаил, опускай барьер и восстанавливай ману с помощью кристаллов, будем меняться. Мы ещё посмотрим, кто сдастся первым! — произнёс я уверенно.
Я очень надеюсь, что это прозвучало уверенно. Благо, молодой маг не стал спорить, было видно, что брать на себя ответственность, пусть даже и за свою собственную жизнь, он не хотел, да и в принципе не был способен. Но как только он снял барьер, уже в мой магический шит прилетела ещё одна молния. И нацелена она была как раз в Михаила Соятова. Всё же он выделялся яркостью и дороговизной своего лёгкого доспеха. После такого подлого удара тем неожиданней было услышать эти слова:
— Вы обманули нас, теперь вам не жить! — кричали со стены.
Отвечать что-либо смысла не было. Но это я так думал. А новобранцы разразились всевозможными ругательствами. А спустя всего минуту уже со стены посыпались оскорбления всех мастей, на множество голосов. Но понять, каково количество кричавших со стены дезертиров, оказалось невозможно. Однако помимо этого я заметил, что этот удар молнии был в разы слабее. Даже слабее, чем был развит мой собственный навык Удар молнии.
