В наушниках послышался звук отворившейся двери, и Геннадий машинально взглянул на часы.
– Ровно пять часов… – Воронин весь превратился в слух.
– Добрый вечер, Борис Александрович, – донёсся незнакомый голос.
– Здравствуйте, Аркадий Вячеславович, – отозвался Лавров.
– Знакомьтесь, это Сергей Лисовский, наш, так сказать, спец по эстраде, – бодрым голосом доложил неизвестный.
– Очень приятно. Вот деньги. Я всё упаковал. Здесь ровно пятьсот тысяч…
Лавров сказал это буднично, без малейшего оттенка секретности, почти равнодушно, как обычно говорит бухгалтер, выплачивая зарплату.
– Пятьсот? – переспросил Лисовский.
Что-то зашуршало, кто-то похлопал ладонью по тугой картонной поверхности.
– Ну, голубчики, дают, – произнёс помощник Воронина. – Полмиллиона, а они даже не пересчитывают.
Геннадий опять соединился со Смеляковым.
– Да, слушаю, – откликнулся полковник.
– Андреич, гости пожаловали, затариваются «зелёными».
– Суетятся?
– Нет, ведут себя спокойно. Будто каждый день по чемодану денег переносят с места на место.
– А откуда ты знаешь, что это не так? Ладно, я скоро подъеду. Действуй по плану…
Воронин отключился от связи и прижал наушники ладонями, чтобы не пропустить ни звука.
– Всё? Можно идти? – спросил неизвестный.
– Я готов, – ответил Лисовский.
– Дай-ка я пропуск тебе отмечу…
– Может, спустишься со мной? – попросил Лисовский, обращаясь, видимо, к неизвестному.
– Если хочешь.
– Аркадий Вячеславович, вы вернётесь? – поинтересовался Лавров.
– Да, только провожу Сергея ко второй проходной.
– Ладно, я буду здесь… Воронин щёлкнул кнопкой рации…
– Вадим, слышишь меня?
– Да.
– Наши клиенты прощаются. Выходить будут через КПП № 2. Несут с собой большую сумму. Можете принимать их на выходе. На всякий случай будьте готовы и на других КПП…
В двадцать минут шестого Лисовский и неизвестный мужчина подошли к пропускному пункту. Постовой милиционер оглядел их безучастным взглядом. Позади него маячили в стеклянном дверном проёме ещё три фигуры.
– Будьте добры, предъявите пропуск на вынос материального имущества. – Милиционер указал пальцем на коробку под мышкой у Сергея Лисовского.
– Зачем? – Неизвестный выступил вперёд и снисходительно улыбнулся постовому. – Какой пропуск? Это не материальное имущество. Разве не видите? Это бумага! Обыкновенная бумага для ксерокса.
– Покажите, откройте коробку.
– Почему вдруг? На каком, собственно, основании мы должны показывать, что у нас в коробке? Это бумага… Что за обыски такие, лейтенант? Никогда на бумагу не требовался пропуск. И вообще я имею право выносить… Моя фамилия Евстафьев! Вот моё удостоверение! Вот, смотрите! – Неизвестный сунул под нос милиционеру служебное удостоверение. – Вы видите? Заместитель генерального директора ОРТ! Евстафьев Аркадий Вячеславович! А вот мой пропуск в Белый дом. Имею, между прочим, право входить в особо охраняемую правительственную зону!
Обойдя постового, перед Евстафьевым возник Вадим Игнатьев и, представившись, сказал:
– Господин Евстафьев, я прекрасно знаю, кто вы такой. И я также знаю, зачем вы приходили сюда… Скажите, откуда у вас удостоверение сотрудника аппарата правительства?
– Это… мне выдано…
– Я понимаю, что вы не сами нарисовали его. Но для чего вам, телевизионному чиновнику, нужно ходить в ту зону, куда имеют доступ даже не все сотрудники аппарата правительства?
– Мне вовсе не нужно… – Евстафьев скис в одно мгновенье. – Просто выдали такой пропуск…
– Пусть так, – согласился Игнатьев. – И всё же откройте коробку.
– Не имеете права!
– А почему вы так сопротивляетесь, господин Евстафьев? Там ведь лежит, как вы утверждаете, бумага для ксерокса.
– Послушайте, тут какое-то недоразумение! – мягко заговорил Сергей Лисовский, подключаясь к разговору. – Моя фамилия Лисовский.
– Знаю, – сухо ответил Игнатьев.
– Я являюсь генеральным директором «ОРТ-Реклама»!
– Скажите, Сергей Фёдорович, вы честный человек? – спросил Вадим.
Услышав своё полное имя, Лисовский вздрогнул. Помешкав несколько секунд, он ответил:
– Да.
– Тогда покажите мне содержимое коробки, – подчёркнуто вежливо попросил Игнатьев.
– Это какое-то насилие! – воскликнул Евстафьев. – Просто нарушение всех законов! Да вы с ума сошли!
Из глубины зала к пропускному пункту неторопливо подошёл, чуть шаркая подошвами башмаков, майор милиции в сопровождении двух мужчин в штатском.
– Сергей Фёдорович, – опять заговорил Игнатьев, – не упрямьтесь, иначе я буду рассматривать это как сопротивление сотруднику Службы безопасности президента при исполнении им служебных обязанностей. Не забывайте, что вы находитесь на территории режимного объекта.
– Ладно, – согласился Лисовский, понурившись, – только…
– Это вторжение в работу предвыборного штаба! – почти выкрикнул Евстафьев.
– Разумеется, вторжение, – согласился Вадим. – Необходимое вторжение.
– Я привёл понятых, – доложил майор милиции, подёргивая бровями и раздувая ноздри.
Лисовский поставил коробку на стол.
– Понятых? – тихо спросил он. – Зачем?
– Так положено, – пояснил Игнатьев. – В отличие от вас, мы действуем так, как предписывает закон… Пройдёмте, господа.
– Куда вы нас хотите…
