— Где мы? — я растерянно огляделась, вот только глаза упрямо возвращались к сволочному типу, который чиркнув спичкой, закурил, не думая мне отвечать.
— Я спрашивала тебя… — после того, как я обозвала его сволочью, обращаться к типу на вы было бы даже странно.
— Я тебя слышу, — скривился тип, — не нужно повторяться. И вообще, лучше помолчи.
— Иначе что? Пристрелишь? — припомнила его угрозу.
— Может, и пристрелю, — он выдохнул струйку дыма, и с любопытством воззрился на меня. Слова не прозвучали как угроза, просто констатация факта. И этот факт меня тревожил.
— Зачем я тебе? У меня нет денег, с меня нечего взять, я неподходящий донор, и из меня получится хреновая сексуальная рабыня.
— Почему? — его голос был спокойным даже слегка равнодушным, но в глазах зажглись искорки смеха.
— Я ленивая — выдавила я, чувствуя, что наша беседа становится фарсом.
— Значит, найдем тебе другое применение — кивнул он и затушил окурок. Слез со стола подошел ко мне и нагнулся. Я отпрянула, практически впечатавшись в спинку стула, но его это не остановило. Придерживая меня за спину, он потянулся к моим связанным рукам и стал разматывать узел. Едва почувствовав, что больше не связана, я осторожно коснулась запястий.
— Скоро боль пройдет, — успокаивающе заметил похититель. Его забота выглядела довольно странно, а в нынешних обстоятельствах, нелепо.
— Что все это значит? — я сползла со стула, трезво рассудив, что лучше держаться от него подальше. Даже если он не выказывает агрессивности.
— Ты должна кое с кем встретиться, — он не делал попыток приблизиться ко мне, но стоял между мною и дверью, полностью лишая возможности сбежать.
— Отлично! Но зачем похищать? — возмутилась я, — достаточно было просто предложить и объяснить.
— Когда я предложил, ты отказалась, — он красноречиво приподнял бровь, словно напоминая обстоятельства нашей прошлой встречи, а особенно, ее окончание.
— Ты меня напугал, — теперь уже я присела на стол, готовая в любую минуту вскочить, оставляя между ним и мной как можно больше преград.
— Так и было задумано, — он сложил руки на груди, посмотрев на часы, словно кого-то ждал. Кого? Кто этот человек, ради которого меня выкрали из условно безопасного места и притащили сюда? Что-то внутри меня подсказывало, что встреча может изменить мою жизнь. Но куда уж больше? Неужели до меня добрались те самые люди из Конторы, о которых упоминал Алекс? Тогда понятно, почему я все еще жива. Если они, как и Ростовский, считают, что я Искатель, мне будет трудно уверить их в обратном.
— Задумано кем?
— Скоро узнаешь. И пожалуйста, не делай глупостей. Ты достаточно набегалась. Пора уже остановиться.
— Ты так говоришь, словно я сама виновата в своих проблемах, — мне было неприятно слышать его слова, я почувствовала себя уязвленной.
— Не стоило доводить до такого, — он достал из кармана свернутую бумажку и бросил ее мне. Она упала к моим ногам, и с осторожностью поглядывая на типа, я подняла ее с пола, уже зная, что это может быть, — ты не должна была светиться на месте преступления.
— Я не виновата. Я никого не убивала, — чувствуя, как слезы подступают к глазам, я постаралась вызвать у себя злость, не желая показывать, как угнетена и расстроена.
— Верю. Я верю, — не думаю, что он хотел меня успокоить. Может быть, просто решил предотвратить мою начинающуюся истерику. Напрасно, я не собиралась лить перед ним слезы и рвать на себе волосы, доказывая… что? Что бы я могла сказать в свое оправдание, — не забывай, что я следил за тобой.
— Ты меня подставил. Теперь меня ищут, потому что считают убийцей! Зачем? — Со злостью смяв объявление о розыске, я отбросила его подальше от себя, будто оно способно привести ко мне милицию.
— Ты не права, — тип снова посмотрел на часы, впервые выказывая признаки нетерпения. Похоже, что находясь рядом со мной, он испытывал некий дискомфорт или… нерешительность? А может быть просто старался поскорее избавиться, передав тому, кто придет.
— Почему я должна тебе верить? — безнадежно спросила я.
— Потому что у тебя нет другого выхода, — ответил он.
— Есть, — выдавила я уже на бегу. Знала, что рассчитывать особо не на что. И я никогда не смогу победить такого здорового типа. Мною двигала не надежда, а отчаяние и желание продать свою жизнь подороже. И доставить своим преследователям как можно больше проблем.
Он перехватил меня за талию одной рукой, не давая приблизиться к двери. Оказавшись за спиной, поднял меня, оттаскивая вглубь комнаты. Я вырывалась из его рук, стараясь причинить максимум неудобства. Бить противника, находящегося сзади было неудобно, но вспоминая советы по самообороне, я постаралась ударить его пяткой в голень, и затылком в нос. Похоже, мой похититель также был знаком с самообороной, поэтому мои попытки оказались безуспешны.
— Я не хочу делать тебе больно, — прошипел он мне на ухо, обдавая теплым дыханием. Он говорил сквозь зубы, удерживать меня. Предугадывать мой следующий глупый и безуспешный рывок или удар было нелегко. Он явно разозлился.
